Умываюсь, привожу себя в порядок, и только после этого подхожу к окну, потому что
слышу странные звуки. С высоты двенадцатого этажа я не вижу конкретных людей, но у
меня возникает ощущение, что это стражи. Их много. За ними – скопление дронов, новых
изобретений правительства. Что происходит?
Одеваюсь и несусь вниз.
Выбегаю из дома и застываю, как вкопанная. Солдаты вооружены: в руках у них
пластиковое оружие, одеты они так, словно началась война. Господи, неужели…
Замечаю людей, выбегающих из домов и несущихся прочь. Останавливаю
светловолосую женщину, она в панике.
- Что происходит? – спрашиваю я ошеломленно. Женщина трясется, бормочет что-то, а
затем несется прочь, не сказав мне ни единого внятного слова. Растерянно стою посреди
улицы, недоумевая и жутко пугаясь. Вчера все было нормально. Что успело произойти за
ночь?
Понимаю, что единственный способ все узнать, это пойти домой и расспросить мать.
Она сенатор, наверняка она в курсе событий. Несусь почти бегом, горло саднит от ледяного
воздуха, сковывающего глотку и проникающего глубоко в легкие. Ноги трясутся, когда я
подбегаю к дому.
21
2
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
На лужайке располагается почти целая рота стражей, а над домом, паря в воздухе –
дроны. Останавливаюсь в нескольких шагах от тротуара. Ноги становятся ватными, я будто
прирастаю к земле. Соседний дом, дом Джеда Янга, так же окружен. Вижу, как из белой
двери выходит Малкольм Роу, за ним его жена, мать Янга. Они объясняют что-то новому
военному канцлеру. Это высокий грузный мужчина. Только через пару секунд я узнаю его.
Полковник Джерри Шоу. Он занял место убитого Филиппа Уитмора.
- Возможно, они прячутся в северной части города, там остались нежилые территории, которые мы хотели использовать для строительства новых лабораторий, - слышу я грубый
голос министра Роу, - Проверяйте все, что сможете. Они не могли далеко уйти.
Пытаюсь незаметно проскочить в дом, но меня тут же окружают солдаты. Их оружие
направлено на меня. Поднимаю руки в сдающемся жесте. Тело немеет. Испуганно смотрю на
солдат, ноги подрагивают.
- Пропустите ее, - говорит моя мать, появляясь на крыльце. Замечаю на ее щеке порезы
и ссадины, будто она упала или что-то вроде того. Непонимающе смотрю на нее, молча
вопрошая – что же произошло? Мать хмурится, выдыхает и ее выражение лица становится
таким, словно она хочет сказать мне что-то, что я совсем не хочу слышать. Предчувствие
беды не покидает меня.
Иду вперед, подхожу к ней. Мама сцепляет руки перед собой, опускает голову чуть
вниз, затем влево. Движения выглядят совершенно подавленными, как и она сама. Вокруг ее
головы летают неизвестные мне флюиды.
- Мама, - осторожно говорю я, - Что происходит?
Она подзывает меня войти в дом, и я какое-то мгновение колеблюсь. Стоит ли? Но
любопытство побеждает, и я захожу. В золотистом холле множество охраны. Они стоят на
своих постах, вооруженные до зубов, будто бы кто-то собирается напасть на нас. Мама идет в
гостиную, и когда я захожу туда, закрывает за нами двери, молча отдавая команду стражам. Я
стою посреди комнаты, все еще в непонимании. Беловолосая женщина смотрит на меня с
непонятным выражением на строгом лице. На секунду мне кажется, что это сочувствие.
- Мам…
- Грядет война, Александра, - говорит она тихо и начинает расхаживать по комнате. Я
механически качаю головой, отрицая ее слова. Нет, только не это. Мать останавливается и
вздыхает. Ее глаза опускаются в пол.
- Что? Война? Почему? – лихорадочно сыплю я вопросами. Она смотрит на дверь, затем
снова начинает ходить. Почему она так долго держит эту чертову паузу? Почему не скажет
сразу, что же случилось за одну ночь? Она замирает. Руки расцепляются. Она присаживается
в кресло, положив ногу на ногу. Велит сесть мне. Сажусь без слов.
Минуту спустя, она говорит:
- Твоя сестра убила человека.
Брови взлетают вверх. Нервно смеюсь, думая, что это просто дурацкая шутка, но мать, кажется, совсем не шутит. Ее лицо становится серым, загруженным, на лбу проступает
глубокая морщина.
21
3
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
- Она Инсолитус. Как и Джед Янг, - продолжает мама монотонным голосом, словно
сообщает сводку погоды, - Ты не должна была узнать об этом так. Я вообще не хотела, чтобы
мои дети знали о таком, но…все вышло, как вышло.
- Я не понимаю.
- Милая, - мама мягко улыбается, и странным образом вокруг нее больше не витает та
аура. Теперь она полна некой удивительной синеватой дымки. Не могу понять, что именно
означает этот цвет. Мама пожимает плечами. – Какое-то время назад я и другие ученые
Акрополя начали работу над одним проектом.
- Проект? – спрашиваю я, - Что за проект?
- Я не могу рассекретить тебе его название, дорогая, - говорит мама, накрывая своей
ладонью мою. Успокаивающий жест. – Но он включал в себя некоторые испытания на
необычных людях.
- Ты говоришь о… - замираю, мнусь, - …об Инсолитусах?
- Да, - коротко говорит она, глядя мне в глаза, не отрываясь. Будто пытается
загипнотизировать меня взглядом. Глубоко внутри начинает копошиться паника. Она
