Инвиктум (СИ) полностью

камнем. Их движение вызывает во мне что-то, чего я раньше не ощущала в такой мере. Это

наслаждение. Наваждение. Тяга.

Я хочу стереть их в пыль. Всех их.

Мимо меня пробегают разодетые аристократы, которых я когда-то ненавидела, и мне

становится интересно: куда они бегут? Неужели надеются спастись? И что они спасают –

душу или тело?

Я пускаю в их сторону новую волну. Это выглядит как огромное цунами из камней,

грязи, осколков стекла и железа от покореженных машин. Оно накрывает их, как теплое

покрывало. Земля Акрополя орошается кровью. Я ступаю по твердому асфальту, ведущему к

зданию Совета.

Ее там нет, но там многие ее прихвостни. Акустическая волна поглощает здание, когда я

направляю всю силу внутрь. Уровень децибел достигает высшей отметки. Люди выбегают из

здания Совета с криками и воплями, держась за головы. Я стою, не двигаясь, и просто

смотрю. Из их ушей, рта, носа вытекают потоки крови. Люди падают и больше не встают.

Выходи.

Мое сердце стучит ровно. Оно отбивает нужный ритм.

39

8

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Я забираю их тела, забираю их души, потому что они это заслужили. Все те, кто жил в

Акрополе, подписали себе смертный приговор. Она подписала. Я раскидываю в стороны тех, кто бежит мне навстречу, разрывая их тщедушные, алчные, мерзкие тела на куски.

Отец никогда не одобрил бы такой жестокости. Но я должна сделать так, чтобы она

заплатила. Поэтому я шагаю вперед, забывая обо всем. В моей голове лишь ее образ и лишь

одно желание – отомстить.

(К)

Мы не ждем.

Ребята в полном составе – те, кто выжил – выходят из бункера и становятся рядом,

берутся за руки. Ждать нельзя. Реми способна на кошмарные вещи, особенно теперь, когда ее

единственный якорь – мертв. Я понимаю, что на самом деле, это Джед сдерживал Реми, а не

наоборот. Он поддерживал ее стабильность. После того, как он погиб, все изменилось.

Мгновенно.

Ремелин не станет ждать, чтобы заставить мать заплатить. И я не стану ждать, чтобы

остановить ее от самого ужасного поступка в ее жизни. Я знаю, чувствую, что она будет

жалеть об этом. Когда ее разум просветлится, она поймет, что натворила, но тогда будет

поздно.

Я выхожу последняя и захлопываю огромную дверь. Она закрывается медленно, и пока

это происходит, я смотрю на нее. Перед глазами появляются образы того, что происходило в

этом бункере. Здесь нам было спокойно, пусть и недолго. Это место было домом. Внутри у

меня образовывается мрачное предчувствие, что я больше никогда не вернусь сюда. Впрочем, это может оказаться ложным предчувствием, как было с Акрополем, когда я покидала его.

Ведь тогда я тоже думала, что не вернусь.

- Ты готова? – спрашивает Рэй, появляясь за моей спиной. Я молча киваю и

отворачиваюсь от спасительной двери.

- Отправляемся, - произношу я, и Остин зажмуривается, перемещая нас в то

смертоносное место, откуда мы едва выбрались. Меня охватывает состояние шока:

территория за стеной, за куполом, с нашей стороны полностью разрушена. Пустошь похожа

на мертвую долину, на которой не растут деревья, цветы, ничего. Все здания пали, оставив

после себя лишь большие каменные руины, а некоторые просто превратились в пыль.

Купола нет: остатки энергетического поля мерцают в полутьме, как крошечные блестки.

Стена разрушена, полыхает яростным ало-синим пламенем. Путь в Акрополь уже открыт, и я

знаю, что Реми сильнее, чем мы могли думать. Она действительно уничтожила купол

самостоятельно, без труда совладав с новой огромной мощью, текущей по ее венам.

39

9

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

- Нам нужно разделиться, - говорит Кит, - Половина эвакуирует жителей города, другая

половина отправится искать Ремелин. Ее нужно ликвидировать.

- И как ты себе это представляешь? – спрашивает до этого молчаливая Гвен. Ее рыжие

волосы мечутся на ветру. – Она сильнее всех нас, Кит. Она сошла с ума.

- Вы не будете ее убивать! – кричит Остин, хватая меня за руку. Глаза у мальчика дикие, испуганные, а еще – злые. Он защищает то единственное, что у него есть. Моя сестра стала

для него кем-то большим, чем просто наставницей. – Я не дам вам ее убить, слышите!

- Успокойся, Остин, - шепчу я, наклоняясь к мальчику и беря его за плечи, - Я не дам ее

в обиду, обещаю. Мы лишь должны остановить ее. Она делает плохие вещи. Понимаешь?

Мальчишка отдергивается от меня, злится, его брови хмурятся. Я не успеваю

схватиться за него снова, когда раздается «пуф!», и он исчезает в воздухе. Кит чертыхается.

Мы упустили телепорта, но теперь, когда купол разрушен, попасть в Акрополь будет

несложно. Сложно будет противостоять той мощнейшей силе, что хочет разрушить землю, на

которой мы стоим.

Раздается оглушительный треск. Земля содрогается под нашими ногами, и я сжимаюсь

в комок, закрывая уши руками, лишь бы не слышать этот ужасный звук. Я чувствую

невероятную боль, отдающуюся во всем теле: из ушей и носа вытекает кровь, а голова того и

гляди лопнет от давления. Вижу, как ребята падают на землю, держась за головы. Они вопят