Новость о бегстве Людовика Венгерского достигла Авиньона почти сразу после того, как стала широко известна в Неаполе, и наполнила Иоанну и ее теперь уже законного мужа новыми неотложными задачами. 31 мая Людовик Тарентский отправил во Флоренцию письмо, в котором сообщал, что он и королева готовятся вернуться в Неаполь, чтобы отвоевать королевство, а 3 июня Иоанна направила своему правительству в графстве письмо с требованием явиться 15 июня в Экс-ан-Прованс, для обсуждения контрнаступление. Но ничего нельзя было сделать без денег, а их явно не хватало. Королеве уже пришлось заложить все свои самые ценные вещи, включая два седла, отделанных бархатом и усыпанных драгоценными камнями, драгоценности, несколько золотых статуэток, одну в виде орла, и даже корону, которую она надела для выступления в консистории, чтобы оплатить повседневные расходы, и все вместе это принесло ей всего 18.000
Существовал только один способ быстро собрать необходимую сумму: продать какие-либо земельные владения. 6 июня королева и ее главный финансовый советник Никколо Аччаюоли (теперь, в знак признания его неоценимых заслуг перед государыней, ставший новым графом Терлицци) вступили в переговоры с папством о передаче города Авиньона под власть Церкви. Климент, который не собирался возвращаться в Рим и уже вложил немалые средства в строительство папского дворца как новой постоянной резиденции своего двора, очевидно, давно об этом мечтал. Добровольное отчуждение части своего королевства не было в характере Иоанны; королева явно пошла на этот шаг неохотно и только в качестве крайнего средства. Она планировала, что сделка будет временной и заложила город, как заложила свои драгоценности, что было обычной практикой в Средние века. В трех последующих письмах королева ссылалась на устные обещания Папы, данные ей в присутствии по крайней мере одного кардинала, что она сможет выкупить Авиньон в любое время возвратив одолженную сумму. Согласовав условия, сделку совершили всего за три дня. 9 июня был подписан договор, по которому Иоанна получала 80.000 золотых
Как только эти средства были получены, подготовка к отъезду Иоанны и Людовика пошла ускоренными темпами. 11 июня королева отправила в Неаполь письма, в которых призывала различных высокопоставленных представителей аристократии, включая членов семей Сансеверино и Бальцо, а также бывшего адмирала флота, принять участие в борьбе за возвращение королевства. Четыре дня спустя представительная ассамблея в Экс-ан-Провансе выделила двести рыцарей для участия в предстоящих военных действиях. А 23 июня Климент издал буллу, по которой королева получала десятую часть всех ежегодных церковных доходов Прованса, которые обычно предназначались для организации крестовых походов, и могла использовать их для отвоевания своего королевства. Двенадцать галер и большие транспортные суда были наняты для перевозки Иоанны, Людовика и их войск в Неаполь. В это же время Иоанна одолжила королю Майорки вспомогательный флот из провансальских кораблей, чтобы помочь ему в отвоевывании его королевства, — убедительное свидетельство того, что ее кузен-король действительно помогал ей в стремлении получить папскую поддержку.
Из Неаполитанского королевства в Прованс приходили обнадеживающие вести. 18 июня адмирал во главе отряда дворян вынудил противника вступить в бой и одержал победу; а сын Никколо Аччаюоли, Лоренцо, после продолжительной осады захватчиками, удержал город Мельфи, самый центр королевства. Воодушевленные этими военными успехами, жители Неаполя подняли в столице знамя королевы и отправили в Авиньон делегацию с призывом к Иоанне как можно скорее вернуться на родину. Потребовалось всего несколько месяцев венгерского правления, чтобы убедить местную аристократию в достоинствах правления их прежней государыни.
Королева находилась на последних неделях беременности и не могла рисковать отправившись в морское путешествие, но она отправила Никколо, снабженного большим количеством денег и получившего звание
