Ведь никто из вас, друзья, не вспомнил такую прекрасную профессию как актер. Кто такой актер как не лжец, который на потеху публике, на востребованность публике изображает то, чем он не является, того, кем он не является. И обратите внимание – чем красивее он сыграл, чем больше он нас обманул – тем лучше. Помните, как у Станиславского было высказывание: «Не верю!», когда кто-то начинал фальшивить. Даже в этом искусстве обмана возникает, пользуясь словами Станиславского, еще один уровень – обман обмана. Вот почему сейчас, не знаю как вы, а лично я не могу смотреть эти современные сериалы, не потому что плохой сценарий – сценарий очень хороший, не потому что денег они мало потратили – много потратили денег, но когда они своими писклявыми голосками, со своими сморщенными в дудочку мордочками начинают изображать высочайшие порывы страсти, то получается, как пьяные бомжи визжат на вокзале или как дебош пьяный в неблагополучной семье – это у них любовная сцена. Вот не верю я! Вот врут, но плохо врут! Очень много добавляется нюансов.
Мила, гр.3: «Если честно, я до конца не понимаю, что значит быть честным с самим собой, для меня это вообще большая загадка».
Вадим Запорожцев: «Это уже честно. Вот вы уже проявили свободу и честно нам ответили».
Анастасия, гр.3: «Для меня тоже всегда очень большой вопрос понятия честности с самим собой, и мне в этом очень помогает смотреть на это с позиции «Макрокосмоса», потому что тогда добавляется дополнительный свидетель Абсолют. И я знаю, что каждый мой поступок он еще засвидетельствован, ну если воспринимать весь мир как Абсолют, меня лично это стимулирует на более трезвое восприятие собственных поступков, слов, мыслей».
Вадим Запорожцев: «То есть в вопрос честности с самим собой еще добавился фактор некоего наблюдателя. Как у американцев такой кошмар – «Большой Брат наблюдает за тобой». Я помню, одно время, по электронной почте рассылали спам, даже к нам на почту несколько пришло, такого загадочного содержания: «За вами следят. Обратитесь туда-то, туда-то за подробностями». Все это напоминает бессмертное произведение Ильфа и Петрова про Остапа Ибрагимовича Бендера, когда он начал «прессовать» гражданина Корейко и начал слать ему известные телеграммы: «Грузите апельсины бочками» и т.д. и т.п. в надежде на то, что все что-то таинственное проявляет некий интерес к его персоне, и это должно человека запугать.
Поэтому здесь с аксиоматической точки зрения, друзья, не так все очевидно. Кто вам сказал, что Абсолют наблюдает за вами 24 часа в сутки. Ведь он же сделал вас свободными, в том числе, вы можете свою жизнь выстроить так, что никакой Абсолют за мной не наблюдает 24 часа в сутки. Это, конечно, может не значить, что Абсолют не может узнать, чем вы занимаетесь, но сперва, поверьте, вы должны волеизъявить: «Хочу, чтобы Абсолют узнал, чем я занимаюсь», и только лишь потом он начнет заглядывать в вашу жизнь. В противном случае, это была бы предопределенность, друзья. Вообще аксиоматичный мир йоги очень сложный, он не такой тривиальный. Поэтому рассчитывать на «Большого Брата», который следит за моими поступками, и я по стойке смирно вытянулся, что толку себе врать, если он и так все мои мысли читает – это несколько выдавать желаемое за действительное. Это может помочь только в одном случае: «Волеизъявляю, Абсолют, что бы ты следил за каждой моей мыслю, за каждым моим желанием, что бы я знал, что ты следишь, потому что я тебя об этом попросил, и поэтому мне скрывать от самого себя совершенно ничего не имеет смысла, потому что, ты все знаешь». Это уже более сложные наслоения.
Итак, друзья, мы пришли с вами к фактору, что честность с самим собой и честность во вне, вещи разные. Мы с вами пришли к выводу, что как бы мы себя не вели, врали бы или говорили правду, крайне желательно отдавать себе отчет, что мы делает. Если мы делаем осознанно что-то, это гарантия наиболее рационального отношения. Если вдруг выяснится, что врать – это есть самая замечательная вещь, которая есть на свете, может быть так и окажется, что наш мир так устроен, мы должны к этому прийти осознанно. Но если мы так же осознанно получим, что эта ситуация, когда мы врем, плоха даже не тем, что мы что-то скрываем, а плоха тем, что мы волеизъявляем закладывать какие-то ущербные законы там, где можно их не закладывать, где можно жить широко вдыхая грудью и с высоко поднятой головой. Зачем нам загонять себя в тюрьму несвободы, которую мы плетем своим враньем. Вот этот принцип осознанности «делаю и понимаю».
