В Берлине мы часто распевали мантры, не понимая их по-настоящему. Великая мантра, побеждающая смерть. Здесь пели дети, которые излучали такую жизнерадостность, что я задавалась вопросом, откуда они черпают силы. Я восхищалась ими.
Я чувствовала, что они мне ближе, чем собственные родители. Пока в комнате стоял слон, мы не могли соединиться. И нельзя было не заметить, что Лоу чувствовал себя неважно. Он скорее бормотал мантру, чем пел. Пряди волос свисали на бледное, потное лицо.
Когда дети зашумели, вставая, чтобы идти спать, Мария подошла к Лоу и положила ладонь ему на лоб. Он тоже засобирался уходить, но Мария удержала его за руку и отвела в сторону. Я слышала только обрывки их разговора. Они спорили.
– Скажи ей наконец, – говорила Мария.
– Уже поздно, – упорствовал Лоу.
Лоу бросил взгляд на Коринну, потом на меня. О ком говорила Мария?
Я ждала его у двери.
– О чем вы спорили?
– Ни о чем.
– Лоу, скажи мне.
– Люси, мне нехорошо.
Он впервые это признал.
– У тебя температура?
Я положила руку ему на лоб. Лоб был горячим и влажным. Лоу не противился, как обычно, словно готов был принять помощь.
– Может, вернемся в больницу?
– Ни за что. До больницы я был в порядке. Наверное, что-то подхватил в этой поганой дыре.
– Вызвать врача?
– Нет, мне просто нужно поспать. Пройдет.
Он ушел, а я смотрела ему вслед и думала, что, наверное, надо было настоять на своем.
– О чем это Лоу и Мария беседовали? – спросила я Коринну.
– Ни о чем, – ответила та.
Мне стало понятно, что она знает. Она пожелала мне спокойной ночи и ушла. А рядом возникла Мария.
– О чем вы спорили? – спросила я и ее.
Она посмотрела сочувственно, но не ответила. Вышла во двор и заговорила с волонтерками.
Я почти не спала. Перед рассветом босиком и в одной футболке прокралась в комнату Лоу (нас разместили в волонтерском крыле), чтобы проверить, как он. Лоу не спал. Стоял на маленькой веранде и курил. В небе ни огонька. Увидев меня, Лоу вздрогнул.
– Здесь муравьи, – сказал он. – Аккуратнее, а то покусают. Целые муравьиные трассы. Как думаешь, муравьи вообще спят?
– Ты как?
– Я старый.
От его ответа мне стало не по себе. Лоу не может стареть.
– О чем ты спорил с Марией?
– Мы не спорили.
– Лоу.
Он неподвижно смотрел в темноту, мял в пальцах сигарету. Где-то прогрохотал поезд. Его гудок разнесся в ночи.
– Следовало раньше тебе все рассказать. Но нам ведь было хорошо вместе, правда? Я совершил страшный поступок, но я ведь был неплохим отцом, да?
– Да. Но… у меня такое чувство, что твоя история еще не закончилась. Что произошло после смерти Марка?
– Мы уехали домой.
– Ты говорил, что я была зачата в Индии. Это неправда?
– Правда.
– Но как ты сошелся с Коринной? Так быстро после смерти Марка? И ты ведь только что женился на Марии.
– Можно любить двух человек! Понимаешь?
– Ладно, теперь я с легким сердцем смогу заснуть.
Я встала. Провокация сработала.
– Люси, подожди, – попросил он ласково, почти робко.
Я остановилась.
– Есть вещи, о которых я никому никогда не рассказывал.
– Почему?
– Потому что ты меня возненавидишь.
– Я не могу тебя возненавидеть.
Это была правда. Если и есть человек, которому я все могу простить, так это Лоу.
– Разве что, – добавила я, – ты не расскажешь, что было дальше.
Руки у него подрагивали. Он сел на край кресла-качалки. Я втиснулась рядом и взяла его за руку. Ему было необходимо это прикосновение. Он сжал мою ладонь, словно боялся, что я растворюсь в темноте.
Я время, разрушитель миров.
Со смертью дело обстоит так: говорят, что душа продолжает жить, умирает только тело. Но де факто все наоборот – любимый человек ушел, остался только труп. И никто не знает, что с этим делать. В первые минуты после смерти Марка, вытащив его тело из такси, они действовали по инерции. Лоу помчался в отделение скорой помощи, криками призывая врачей, Коринна расплачивалась с таксистом, а Мария держала окровавленными руками голову Марка у себя на коленях. Наконец пришел врач, констатировал смерть, велел занести тело в помещение и принялся заполнять формуляр. Имя, дата рождения, место рождения, дата смерти, место смерти.
Вся жизнь в цифрах и буквах.
ПРИЧИНА СМЕРТИ: ПЕРЕЛОМ КОСТЕЙ ЧЕРЕПА.
Лоу представилось, как душа Марка вырвалась из черепа, словно из темницы. Какие только глупости не лезли ему в голову. Только бы не испытывать боли, стыда и вины. И если он думал, что индийский врач его как-то утешит, изречет некую духовную мудрость, которая придаст кошмару некий высший смысл, он ошибался. В грязных коридорах Правительственного госпиталя Ришикеша не было душ, не было реинкарнации, только искореженные тела. А еще там не было холодильной камеры.
– Мы сжигаем покойников сразу, – объяснил врач.
Коринна воспротивилась. Как они сообщат отцу Марка, что произошло, если Марка сожгут? Он не поймет. Он не сможет попрощаться. Нет, Лоу должен отвезти Марка домой.