– Кончилось! – возгласил мужчина в брюках, держащий в руках зимние сапоги и джинсы с кальсонами, и прыгнул на сиреневый пригорок. Жители с животными восприняли его прыжок как выстрел из стартового пистолета: они все разом устремились на арену и зарезвились, как малые дети. Кидались фиолетовой мукой, скатывались с холмов в порошковые барханы, закапывались в них сами и закапывали других. На манеже едва ли было больше свободного места, чем в автобусах в часы пик. Вера Капушина дурачилась с Ярославом Болтухиным. Глядя на их веселье, невозможно было догадаться, что всего несколько часов назад они друг друга не переваривали. Трое мужчин с налобными фонарями изображали пловцов и смеялись. Девочка, что дышала прежде как собака, перешучивалась со своим дедом и детворой. Игроки в пейнтбол в полном снаряжении прятались за пригорками и перестреливались из водяных пистолетов с некими девчушками. Стройная женщина средних лет в шортах и топе набирала песок в кулек из простыни и высыпала его себе на голову.
Брат и сестра в это время разыскивали ежа на толстом кольце истоптанной людьми травы вокруг арены. Частенько оборачивались на веселящихся. Что и сказать, непривычно было видеть, как Ирина Станиславовна с нормального цвета лицом и Надежда Петровна перекидываются порошком с другими учителями и учениками. Не найдя Люсьена, Тёма и Даша продолжили искать за пределами «бублика».
– А бурн что? – ни с того ни с сего полюбопытствовал Артём.
– Что бурн? – отозвалась сестра, перебирающая траву незримыми пальцами.
– Не поможет найти? – Этим вопросом брат заставил Дашу спохватиться. Она уже про поющий камешек и забыла! Нащупав карман, вытащила из него камень. Бурн был увеличен и невидим, под стать ладони, на которой лежал. Даша поводила по нему ладошкой. Никаких стишков и мелодий не последовало, и она убрала бурн. Ради интереса вынула мобильник. Сейчас он был бесполезным незримым предметом.
– Ну что? – напомнил о себе Тёма.
– Нет, даже не включается.
Мальцы в школьной форме обнаружили невидимый пластилиновый ком, брошенный Артёмом, с удивленными восклицаниями залезли на него. Со стороны мальчишки смотрелись сидящими прямо на воздухе. Потом они заигрались в царя горы.
«Разумеется, мы вас обследуем, – говорила в телефон кандидат медицинских наук Рудиментова Надежда Евгеньевна в стороне от развлекающихся. – Если вас что-то беспокоит, наша задача – найти проблему и сделать все возможное, чтобы решить ее…» На некотором расстоянии от нее общался с кем-то по видеосвязи приземистый мужчинка. Посмеивался: «Барабашка? В тыкве? Шутить надумал, я же знаю, их не бывает!»
Наталья Федоровна, вновь обдернув платье, забрала свою дверь, пустую банку и ведро у нищих детей. Те были счастливы отдать – они нашли канистру, скейтборд и тачку. Пижамные штаны женщина взять отказалась, сказала, что «это подарок». После зачерпнула банкой порошка, поставила ее в ведро, водрузила дверь себе на голову и объявив бродяжкам: «Пожалуй, я пойду», двинула по тропке к началу Горбатой. Ее нагнал сосед Роман в полинялом халате и домашних тапках и предложил помочь. Наталья Федоровна была только рада. Мальчик с осветленными волосами из параллельного Тёме класса в компании ровесников вещал, что цвет волос не так и важен. Мужчина в майке, сшитой из прямоугольные клочков разных тканей, рассмотрев набранную в колбу сиреневую пыль, что-то быстро записывал в блокнот.
Вдоволь навеселившись, жители стали набивать карманы и подолы любопытнейшим пеплом. Больше других в этом преуспели дети-бродяги. Они дружно нагрузили порошковой массой канистру и тачку. Сверху в тележку положили несколько кусков незримого пластилина, завернутых в тряпки, и оживленной гурьбой зашагали к городу, тягая тачку и таща в несколько рук канистру. Позади всех шел парнишка в штанах с единорогами, прижимая к груди роликовую доску.
Настька, скинув туфли, босиком направилась домой. Опередила длинноволосого парнишку, которому старик в дырявой одежде, ведя велосипед, о чем-то задушевно рассказывал.
– Одень! – строго, но ласково наказала Татьяна Юльевна, идущая за дочерью по пятам.
Матвей сидел перед Мусей. Он жаждал ее поцеловать. Кошка, ему казалось, тоже мечтала об этом. Ее глаза, так чарующе прищуренные… Но как только полосатый приблизил ротик к ее мордочке, Муся легонько хлопнула ему по носику лапкой, и, хихикнув, завиляла прочь, покачивая коротким хвостиком. Полосатый поник.
– Онна коккетннич-чаетт. Идем-м-м к себбе, поккуш-шаемм, – сочувственно предложил брату Фокс.
Когда Тёма нашел ежа, небо светлело и звезд на нем уже практически не виднелось. Люди почти все разошлись, лишь кучка подростков не торопились – они кувыркались в остатках порошка под наблюдением полной женщины, да две полные тетеньки устроили пробежку вокруг арены, выкрикивая, что по возвращению домой избавятся от сладостей. Поначалу Артём принял зверька за пучочек сухой травы и зашарил дальше, но что-то понудило его приглядеться. Ужаснувшись, он позвал сестру.
Ёж недвижимо лежал на боку. Глазки закрыты. Желтушного цвета иголки, слипшаяся комьями шерстка…
