Люсьен, зайдя в кухню и внимательно оглядевшись, предложил помощь в уборке.
– Да, да! – Артём обрадовался его предложению.
– Пу-уфрек! – произнес ёж, в медленном темпе воздев лапку.
Над лапой образовалось яркое свечение, как от крошечной лампочки.
– О-о-о… – вырвалось у Тёмки.
Выросши до размера карманного зеркальца, светящийся шар стал переливаться разными цветами, разрастающимися, как кляксы чернил на бумаге, и пропадающими, заменяющимися другими. От темного до светлого, ярко-оранжевого до синего, белоснежного до насыщенно красного; цвета сменялись все быстрее и быстрее, отчего детям начала казаться, что шарик вращается. Еще мгновение – и источник света тысячей сверкающих лучиков разлетелся по комнате. Частички яиц вспыхнули и исчезли. Неизвестно откуда взявшийся запах свежести, как после грозы, разбавил сероводородное благоухание.
Ёж провел лапкой по лбу, стирая несуществующий пот:
– Одно сделано, осталось еще одно, но то позже. Ух, как мне тяжело теперь колдовать…
Дашка упала на колени и обняла зверька.
– Спасибо!
– Какое еще осталось? – спросил у Люсьена Артём, когда девочка выпустила его из объятий.
– Исправить устроенное вашими питомцами безобразие. Как мы помним, они должны были незамеченными доставить записку. Но обратно не вернешь. Стало быть, нам остается хотя бы исправить, что возможно. Никто не заслуживает вредительства.
– Ладно, – не стал спорить Тёмка.
– А теперь пора отдохнуть, – сказал Люсьен и подкрепил слова широким зевком.
Дашка предложила зверьку отнести его в свою комнату. Ёж не смог отказаться. Пошли наверх, Артём впереди сестры шлепал босыми ногами по ступеням. Пока поднимались, в голове девочки мелькнули мысли о понедельнике, про то Настькино «Узнаете новое о себе». Даша прогнала их, понадеявшись, что после устроенного котами переполоха одноклассница про угрозы забудет.
– А вот вы где, бездельники, – Артём легонько толкнул ногой спящих в обнимку возле родительской спальни котов. Пушистые открыли глаза, потянулись, зевнули во все пасти.
– А з-зачем нас-с раз-збудили? – протяжно поинтересовался Матвей.
– Пос-спать не дал-л-ли, – проворчал серый.
– А затем, – сердито ответил Тёма, взяв котов в охапку. – Разлеглись, паразиты…
Зашли в комнату девочки. Стены с зебрами и жирафами зверьку, видимо, о чем-то напомнили – в его глазках отразился всплеск ностальгии. Даша положила Люсьена головой на подушку.
Артём уселся на пол, отпустил котов. Пушистые братья молча разлеглись возле стены и принялись друг друга облизывать.
– Давай сейчас ты сделаешь котов, какими они были раньше, не говорящими, а потом поспишь, мы выйдем, чтоб не мешать, – сказала Даша, прикрыв ежа по шейку пододеяльником.
– Я не могу этого сделать, – ответил Люсьен, глядя в потолок.
– К-как не можешь? – переспросила Даша, вскинув брови.
– Это заклинание нельзя отменить, разве я вам не сказал? Ох, какой же я стал забывчивый…
– Они что, такими останутся? Прикольно… – мечтательно заулыбался Тёмка.
Пушистые тоже не промолчали.
– Мы р-рады! – отозвался Матвей.
– Нн-н-нам нр-равитсся! – серый азартно хлопнул лапкой по полу.
– Да помолчите вы! – прикрикнула на котов Даша и повернула голову на ежа: – Ты же говорил, что это временно!
– Конечно, временно. Если по-вашему, земному, времени считать – примерно дня два или три. Зависит от организма. Чем больше тело, тем быстрее проходит.
– Три дня тоже неплохо, – проговорил Артём.
– Да какое там неплохо? – метнула злой взгляд на брата Дашка. – Они же не смогут смолчать! А если родители узнают? Мама вообще с ума сойдет…
Тёмка ничего не ответил, замечтавшись: «Говорящие коты… на целых три дня… Класс».
– Ну… они же умные животные. Я уверен, что не проболтаются, – спокойно рассудил Люсьен.
– Фокс точно не умный, – уныло заметила Даша. – Надо что-нибудь придумать. – И уткнулась лицом в пододеяльник.
– Н-ничего н-н-не нужн-но! – обидевшись на младшую хозяйку, закудахтал серый кот и величавой поступью направился к приоткрытой двери. Матвей пошел за ним.
Намечающийся побег вернул Артёма к реальности.
– А куда это вы собрались? – Он пододвинулся к двери, захлопнул её перед носом Фокса. Тот сгорбатился, поджал хвост.
– Н-но м-мы п-погул-л-лять захотел-ли… – взволнованно соврал полосатый.
– Потерпите́, – отрезал Тёма, оттолкнув пушистых. Оперся спиной о дверь, не оставив котам ни малейшего шанса слинять.
Братья презрительно фыркнули и возвратились к стене. Серый свернулся ко всем спиной, полосатый разлегся возле него.
– А может, можно что-то сделать? Каким-нибудь другим заклинанием сделать их беззвучными? Пока два дня не пройдут… – подняв голову, посмотрела на ежа умоляющим взглядом Дашка.
– Очень жаль, но немое заклинание я не помню.
Даша в расстроенных чувствах легла на спину, согнула ноги в коленях и вперилась в потолок.
– Да что ты так переживаешь? Ничего они не скажут. Они же теперь соображать могут, – сказал ей Артём.
Девочка посмотрела на него с укором:
– А если они случайно что-нибудь ляпнут? Ты об этом подумал?
– Да нужно им просто рты заклеить, скотчем, например, вот и все, – придумал Тёма.
