Энви склонился над склянками и баночками, размешал дурно пахнувшее варево в закопченном котелке. «Ведьминское? Я думала, вампиры не пользуются подобным». Лина обеспокоенно воззрилась на приготовления. Подошел Леон, он принялся влажной тряпкой протирать лицо Джоша, когда закончил, разрезал рубашку на его груди и также протер, после обошел помещение, проверил заранее зажженные свечи. Энви подхватил подготовленный кинжал, опустил его в кипящую жидкость, от нее вверх заклубился фиолетовый пар; вытянутое лезвие потеряло серебряный окрас, сменившись алым. Вампир удовлетворенно поднес его к лицу, принюхался и подошел к Джошу, занеся руку вверх. Лина ошарашенно вздрогнула.
— Что ты…
Договорить она не смогла, рот плотно зажал ладонью Кристоф, не дав нарушить спокойствие ритуала. Он резко притянул охотницу к себе, обхватив плечи. Лина протестующе замычала, потянулась вперед — и остановилась, пораженная увиденным. Вместе с тем, как кинжал пронзил грудь Джоша, охотница ощутила, как холодная игла отчаяния пронзила ее собственное сердце, Лина обмякла и точно бы упала, если бы ее не подхватил Кристоф. Язык отнялся. Она отказывалась поверить, что это действительно произошло, все представлялось неправильным и нереальным. Охотница обвела смиренные и серьезные лица присутствующих ошалелым взглядом, вяло обернулась на Кристофа, тот ответил молчанием. Тогда Лина холодно оттолкнула его руку, на негнущихся ногах прошла вперед, коснулась руки Джоша, живота. Его тело еще было теплым, но по белой коже расползлись красные разводы, а рукоять кинжала многозначительно торчала из ребер. Лина охнула, вцепившись в нее, и изо всех сил потянула вверх, останавливать не стали. «Почему они стоят, как вкопанные, почему не пытаются его спасти?» Она знала, что пронзить сердце равно убить, но отказывалась в это поверить. Такого не могло произойти! Это же Джош Дагер, сын ночного короля, настоящий наследник престола тьмы! Разве он мог взять и так просто умереть, оставив этот мир? Оставив ее позади? «Нет, нет, бред, это не правда». Кинжал в ладони поддался, вынырнув из плоти будто нож из масла. В этот же момент сознание настигла вспышка — Лина так и осталась стоять, как вкопанная, с кровавым орудием в руке, но ее сознание переместилось в совсем другое место.
Она очутилась в диковинном саду, мягкие цветочные ароматы затопили благоуханием воздух. Лина медленно прошла вперед по мягкой траве, пальцы скользнули по веткам низкого дерева: у мостика, пересекавшего узкий канал, стояла беседка, украшенная розовыми побегами, внутри сидел человек. Это был Джош. Охотница медленно вошла внутрь, нерешительно переступив порог, вампир читал, умиротворенный и спокойный. Лина подошла ближе, но он не повернулся в ее сторону. Тогда она тихонько села рядом, неловко задев его плечом.
— Что ты читаешь? — спросила она.
Ответа не последовало. Джош медленно перевернул страницу, не обратив внимания на вопрос, мягкий неяркий свет изящно обогнул его профиль, вычертил светлые ресницы и высокие скулы. Лина посмотрела через плечо.
«Однажды жил на свете одинокий бог. Он был настолько одинок, что слышал пение ветра в ветвях деревьев, а лесные ручьи приносили ему память о щебетании птиц. Он бродил по свету, видя призраки людей вокруг себя, но не слышал их голосов и не мог понять, каковы они. Ему не было больно, он не страдал от печали. У него было лишь одно желание — он хотел чувствовать мир так, как ощущал бы его обычный человек. Раствориться, имея свободу мыслить и понимать. Он хотел узнать мир, но мир не хотел узнать его.