Осгар вздрогнул. Он думал о том, что сейчас умрет. Примет ли он смерть так, как принимали ее христианские мученики? Когда-то давно он не смог убить человека. А теперь? Но даже если он решится, этот разбойник вонзит ему в грудь свой ужасный меч еще до того, как он успеет взмахнуть топором.
Пока он колебался, Сигурд, не обращая внимания на топор, подошел еще ближе и, опустив меч так, что тот плоской стороной касался ноги Осгара, придвинул свое лицо почти вплотную к лицу монаха, отчего их носы едва не соприкоснулись. Его глаза буравили Осгара с ледяной ненавистью. Осгар чувствовал, как меч медленно скользит по его голени. Великий Боже, вот сейчас этот смертоносный клинок воткнется ему в живот! Осгар со всей ясностью представил, как вываливаются наружу его кишки. И вдруг, словно в полуобмороке, почувствовал, как по ноге ползет теплая влага.
Тут Сигурд совершенно неожиданно широко раскрыл рот, как будто решил укусить его, и выкрикнул ему прямо в лицо оглушительный душераздирающий вопль:
– Ааррг! Ааррг!
И еще до того, как вопль прозвучал в третий раз, Осгар развернулся и побежал. Он мчался со всех ног, так быстро, как только мог, подгоняемый ужасом и не обращая внимания на противную влагу на ногах. Он даже не слышал хохота за своей спиной, он просто бежал на север, подальше от Сигурда, подальше от этой бойни, подальше от Дифлина. Он не останавливался до тех пор, пока не очутился на краю Долины Птичьих Стай, и лишь тогда, задыхаясь, осознал, что никто за ним не гонится и все вокруг окутано тишиной.
Бродар истекал кровью, удар Бриана почти отсек ему ногу. Внизу, у воды, воины короля Манстера еще не знали, что случилось с их правителем, но медлить было нельзя.
Сигурд огляделся по сторонам. Когда Бродар показал на загородку и повел туда отряд, Сигурд решил, что командир просто решил добыть трофеи. Сам-то он хотел именно этого. С Морана он снял золотой браслет, да еще пара монет нашлась в карманах. На плече Бриана Бору красовалась роскошная пряжка. Разумеется, по праву она должна была достаться Бродару, но Бродар больше не мог воспользоваться своим правом. Сигурд быстро отколол украшение. Остальные викинги в спешке хватали, что могли. Один стянул дорогую камчу, другому достались меховые шкуры, на которых сидел король. А третий подобрал с земли маленькую книгу Евангелий с яркими рисунками. Глянув на нее, он пожал плечами, но все же сунул в свою сумку, рассудив, что хоть какую-то цену за нее дадут.
– Пора уходить, – сказал Сигурд.
– А как же Бродар? – спросил один из викингов.
Сигурд посмотрел на Бродара. Нижняя часть его ноги едва болталась на разрубленной кости и маленьком кусочке плоти. Лицо раненого заливала смертельная бледность.
– Оставим его здесь. Он умирает, – сказал Сигурд.
Возвращаться в Дифлин не имело никакого смысла. Ладьи наверняка уже вышли из гавани, хотя часть их и могла еще дрейфовать вдоль побережья в поисках выживших.
– Встретимся на берегу к северу от Хоута, – сказал Сигурд. – Если найдете какой-нибудь корабль, оставайтесь там до темноты.
– А ты куда?
– Мне тут нужно закончить одно дельце, – ответил Сигурд.
Лагерь манстерцев был совсем близко, а там, как он знал, оставалось довольно много лошадей. Стараясь не попасться на глаза часовым, он осторожно прокрался между шатрами и вскоре заметил привязанного к колышку коня. Отвязав его, Сигурд отвел коня в сторону, а потом быстро вскочил в седло и поскакал на север. Меч висел у него на поясе сбоку. Тяжелый железный шлем он снял, и теперь тот болтался на ремне за спиной. В лицо дул холодный ветер. У реки Сигурд ненадолго остановился, чтобы напиться, а потом снова сел на коня и помчался дальше. До темноты оставалось всего несколько часов. Но благодаря словоохотливым дифлинцам он точно знал, где следует искать поместье Харольда.
Только наконец остановившись, брат Осгар с изумлением обнаружил, что все еще продолжает сжимать в кулаке рукоять топора.
Ничего опасного вокруг он не заметил, но никто не мог знать, что ожидает его дальше. Топор был довольно тяжелым, однако Осгар решил пока не бросать его. Но где же ему укрыться? Невдалеке виднелось сожженное поместье. Для убежища оно явно не годилось. Тем более что те разбойники могли прийти и сюда. Через пару дней, когда он будет уверен, что в округе не осталось викингов, можно вернуться в Дифлин, но пока надо отыскать надежное место. И Осгар, немного отдышавшись, зашагал дальше.
Он миновал еще одно разрушенное подворье, пересек какое-то болото и как раз вышел на дорогу, с которой хорошо видны были все окрестности, когда вдруг заметил впереди трех всадников – женщину и двоих детей. Приглядевшись, он даже вздрогнул. Женщина была очень похожа на Килинн. Едва сознавая, что делает, Осгар прибавил шагу. Всадники подъехали к небольшому бугорку на дороге. Когда лошадь преодолела подъем, всадница вдруг обернулась, и Осгар на мгновение увидел ее лицо. Теперь он был почти уверен, что это Килинн. Осгар громко позвал ее, но она не услышала, и вскоре все трое скрылись из виду. Осгар бросился бежать.
