Ироническая империя: Риск, шанс и догмы Системы РФ полностью

Добровольность участия не отрицают, но она перестает существовать, растворяясь в молчаливом делегировании. Этот аспект реформы также подкрепляется американским эталоном – советом нобелевского лауреата Ричарда Талера не оставлять людям выбора между вариантами, ведь те непременно выберут статус-кво[23].

Поразительно высокие цифры явки и голосования за президента Медведева 2008 года по сей день травмируют президента Путина. По призыву Путина избиратель массово вышел на выборы – чтоб с ним расстаться: Медведев набрал вровень Путину 2004 года (явка же была выше, почти как у Ельцина в 1991-м). Высокие результаты Дмитрия Медведева на выборах 2008 года незаслуженно мало обдуманы. Здесь впервые проявилась воля российского избирателя к массовой моментальной сделке с властью.

Массовый сговор для России актуальнее теории общественного договора. Избиратель и населенец всегда пребывает в готовности молча согласиться с властью, не требуя от нее гарантий. Механизм такой мгновенной сделки неясен и не гарантирует любви к властям. Однако мобильность Системы РФ, ее «верткость» при разворотах на 180 градусов предполагает энергию массовой сделки.

Говоря о Системе РФ, пора говорить о Человеке РФ. Можно говорить о нормальной «шкурности» Человека РФ – сословной, социально-властной, ресурсной «шкурности» как мотиве мгновенной массовой сделки – панического сговора с властью без правил. Человек Системы виртуозно обходит места опасных конфликтов. Он склонен преувеличивать неудачи, экстраполируя их на будущее. Установилась асимметрия проектной активности Центра с дефицитом активности граждан РФ. Они идут на мгновенную сделку за счет своих интересов, поскольку всегда панически к ней готовы.

Система РФ практикует огласку кричащих неравенств. Знаки неравенства в Системе не прячут, их демонстрируют и утрируют в безвкусных телепати. Их даже преувеличивают. Такой модус использования неравенства людей властью не случаен. Политика в Системе не смягчает – она извлекает энергию из травмы неравенств, как геотермальные станции из перепада температур.

Неравенство – сигнал населенцу о глубине риска: вне власти ты ничтожен и беззащитен! Те, кому ты неравен, пожрут тебя, не за­метив.

К оценкам репрессивности режима давно привлечено внимание, но тактики угрозы людям в Системе малоисследо­ваны.

Угроза в РФ более исключает и выдавливает, чем хватает и держит. (Последнюю функцию включают реже, в крайних случаях.) Сначала Система будто подставляется под удар. То в лице полиции, то неофициальных охранных структур: «активистов», казаков и всех, кого можно собирательно назвать «вахтеры». Заранее известно, что вахтеры применят избыточную силу, которую применять не должны. Граждане заранее знают, что сила будет применена, причем нарочито вызывающе. Их «приглашают» к симметричному отпору, со знанием того, что ответ будет несоразмерен и гражданин станет добычей полиции и суда. Но при том что вероятен арест и уголовное дело. Человеку не мешают выйти из ситуации, отойдя лишь на метр-два в сторону. Этим он уводит себя из точки эскалации и прямой угрозы. (И речь чаще не о политическом столкновении, а о защите детской площадки или скверика у дома.) Простота тактик выживания – непреодолимый соблазн в Системе РФ.

Угрожаемость выступает не персонально атакующей силой, а обволакивающей уязвимостью. Этому тем более трудно противостоять, что силовая депривация выступает как «зашквар» населенца, а он сам – заразен для выживания других.

Территория угроз выстраивается как выталкивающая гражданина инфраструктура – поначалу мягко выталкивающая. Неважно, идет ли речь о программе городского благоустройства, реновации или о грязной сделке начальства с рейдером. Благоустраиваемый гражданин обязан покинуть места благодеяний, не пытаясь на них повлиять. Не он носитель критерия блага в Системе. Он получатель блага выживания, нераздельно смешанного с угрозой. Он защищен только внутри массовой сделки.

Власть в Системе маневрирует в коридоре между циничной готовностью жертвовать уровнем жизни населения ради тонуса Системы и рациональной задачей сохранности режима массового сговора и быстрой мобилизации. Сговор предполагает готовность людей объяснять себе и прощать издержки, отстраняясь от них как от неважных или вовсе несуществующих.

Отсюда странная рационализация репрессий, пыток и просто провальных действий Системы, явно опасных для самой власти. Такая рационализация – часть аппаратуры поддержания готовности населения к сговору, или сделке.