— Да… — улыбнулся глава. — Ты абсолютно прав. А, совсем забыл, как твоя рука?
— Рука? — нахмурился Ирвио.
— Ты ведь ее порезал, когда убегал из замка, к тому же я по ней тебя вчера довольно сильно ударил. На тренировках это не должно было мешать, но тебе пришлось идти за мной к королю. Ты хорошо сегодня поработал, поэтому я готов помочь, если с рукой есть проблемы.
— Нет, с ней все хорошо. Я привык. — Ирвио поправил капюшон, скрывая от Гаро лицо. — Тебя это не должно волновать.
— Это так забавно, — грустно улыбнулся мужчина. — Обычно ты и слова сказать против меня не можешь, но иногда на тебя что-то находит, и ты уже смело возражаешь и учишь меня. Что сейчас, что месяц назад, когда я провожал тебя до замка Рисаберов.
— Я… — голос Ирвио задрожал и начал срываться. — Я н-не должен так делать? Я-я не знал, Гаро. Честно не знал! Я готов понести наказание, такого больше не повторится! Я клянусь.
«Все таки я могу не переживать, — выдохнул Гаро. — Это хорошо.»
— Старайся быть аккуратнее в подобных разговорах. Я разрешаю тебе так говорить со мной, но ты знаешь, что будет, если переступишь черту.
— Хорошо, я понял, — прошептал мальчик.
— Ну-ка посмотри на меня, — глава взял подчиненного за подбородок. — Ты уже отрезал волосы?
— Да, — нервно ответил Ирвио. — Я сделал что-то не так?
— Просто не думал, что ты подстрижешь их так коротко. Насколько я помню, тебе нравилось, когда они были длинными.
— Милорд Волова любил их. Это было довольно выгодно, — мальчик отвел взгляд, стараясь не смотреть на наставника. — Терпеть не могу, когда они касаются плеч. Это неприятно.
— А теперь, сам посмотри, они лезут тебе в глаза. Ты же помнишь, что я тебе об этом говорил?
— Я могу делать с волосами, что пожелаю, если после этого они не будут мне мешать видеть…
— Ну так?
— Я…
— Ты можешь их подстричь совсем коротко, тогда они просто не достанут до глаз, — Гаро взял в руку прядь волос мальчика и поднес к ней клинок.
— Нет! — Ирвио отскочил от наставника.
— Это что такое? — нахмурился глава.
— Я умоляю тебя, не надо. Я готов принять наказание, но, прошу, не трогай волосы. Я придумаю, что с ними делать, только не стриги их совсем коротко. Это же не относится ко мне, как к наемнику. Молю, оставь их!
— Зачем?
— С короткими волосами я напоминаю себе графа Рисабера. Не хочу хоть в чем-то быть похожим на него.
— Вот значит как, — усмехнулся Гаро. — Длинные волосы тебе не нравятся, короткие тоже.
— Мне нравятся такие, как у меня сейчас. Я придумаю, что с ними сделать, чтобы они не лезли в глаза.
— Ладно, оставь. Обойдемся без наказания, — уступил Гаро. — Но это в первый и последний раз. И только из-за того, что ты меня сегодня действительно порадовал.
«А еще, потому что на тебе и так живого места нет, — мысленно добавил глава. — Все таки я перестарался. На радостях забылся. Черт! Я, конечно, предупредил его, что теперь наказания будут жестче, но… В следующие разы надо бы лучше себя контролировать. Если присмотреться, видно, что ему больно двигаться. Тем более в этот раз я не боялся оставить следы на руках. Да и не дал ему передохнуть, после этого… Когда я отпустил его, уже светло было. И он после этого ушел в лес… Но, уверен, Ирвио понял свои ошибки, ведь в этот раз они были почти непростительными.»
— Мне сразу ехать обратно в лес? — мальчик подошел к своей лошади, привязанной к фонарному столбу около небольшого переулка.
— Нет. Сначала зайдешь ко мне. Я перебинтую тебе…
— Не стоит.
— Это приказ, Ирвио. Ты начинаешь меня раздражать.
— Прошу простить, — прошептал наемник.
— Если ты забыл, то я повторю. Твои раны могут начать гноиться, и в худшем случае ты от этого можешь умереть. А твоя жизнь, позволь напомнить, принадлежит мне. Если думаешь, что вокруг так много лекарей, которые могут вылечить запущенные раны, то ты сильно ошибаешься. Тем более ты больше не сын графа, а наемник, который скрывает свою внешность. Какие идеи есть, а? Как я могу позвать к тебе лекаря, если он не сможет осмотреть тебя?
— П-прости… Я забылся.
— Ты уже второй раз извиняешься за наш разговор, Ирвио. Не порть мне настроение, будь добр.
— Я понял, — вздохнул мальчик. — Такого больше не повторится.
— Хорошо, — кивнул глава. Повисло молчание, Ирвио молча шёл за наставником, не смея заговорить первым. Сейчас Гаро был в приподнятом настроении, но ошибки наёмника вывели его из устойчивого положения, и теперь глава мог разозлиться в любой момент. Тишину вокруг них нарушало только цоканье копыт лошади, которую Ирвио вёл за собой. Мальчик поднял глаза на замок, возвышающийся над городом. На одном из его балконов виднелись силуэты людей, и наемник был готов поспорить, хотя бы от одного из них доносился плач.
«Скорее всего это графини, — вздохнул Ирвио. — И у Рисабер, и у Рукмел есть на это причины. Интересно, они станут обвинять друг друга в произошедшем? Хотя, думаю, Офелия скорее обвинит Августа…»
— Ирвио, — отвлек мальчика от мыслей наставник. — Пойдешь на похороны?
— Похороны? — нахмурился наемник.