— Нет, — нахмурился Фуникиро. — Не стоит лезть не в свое дело, Волова. Я вообще не должен тебе что-либо говорить. Твое желание все знать погубит тебя, будь уверен.
— Но они моя семья. Как я могу делать вид, что все хорошо, если знаю, что любой из них может умереть у меня на глазах?
— Просто забудь о том, что я убийца, — пожал плечами мальчик.
— Тебе легко говорить… — пробурчал Волова.
— Мне? Легко? — Киро сдержал смешок.
— Ты к ним не привязался. Для тебя они просто незнакомцы. Легко убить человека, который тебе не дорог.
— Ты так думаешь? — поднял бровь мальчик. — Проверял?
— Нет…
— А хочешь попробовать? Я поговорю с Гаро и получу разрешение взять тебя с собой на убийство.
— Я не наемник.
— А они, по-твоему, не люди? Сам подумай. Что должно было произойти в жизни человека, если он готов убивать любого, на кого укажут? Знаешь, сколько раз я видел, как наемники не находят сил убить человека. Они стоят, приставив клинок к горлу жертвы, и плачут. Даже взрослые мужчины.
— Что происходит, если они отступают?
— Для этого у Гаро есть оружие, которое никогда не подведет. — На лице мальчика промелькнула грустная улыбка.
— И это ты? Если ты говоришь правду… Разве это тебя устраивает? К тебе, сыну графа, относятся как к вещи…
— Не устраивало бы, я бы дал об этом знать.
Киро порядком надоели уговоры брата предать Гаро. Изо дня в день Волова безуспешно пытался вернуть брата в замок. Ни одно появление Фуникиро в доме графа не обходилось без этого. И каждый раз мальчик вновь и вновь отвечал отказом.
— Оридон Рукмел со своей семьей прибыли, — донесся голос дворецкого.
— Ну, пойдем встречать твою невесту. — Киро тяжело вздохнул.
— Ты же с ней не конфликтуешь. Вы вообще не разговариваете. Тогда почему ты так недоволен ее приездом?
— Она меня и не раздражает. Вот только ее младшая сестра… Она бы тебе больше подошла. Такая же шумная.
— Она ребенок, Киро. Дети всегда шумные.
— Волова, Фуникиро. — В коридоре появился граф. — Почему вы заставляете наших гостей ждать?
— Прости, отец. — Опустил голову будущий граф и, потянув брата за рукав, побежал вниз.
Мальчики успели подбежать за секунду до того, как дворецкий открыл дверь перед графом Рукмел и его семьей. Киро тут же натянул на лицо улыбку и приготовился играть роль сына Августа.
— Доброго дня, граф. — Поклонились братья. — Рады видеть Вас в добром здравии.
— Волова, ты вырос. Это хороший знак. — Улыбнулся мальчику Оридон. — А ты, Фуникиро, все такой же… Кожа да кости. С братом тебя, конечно, даже думать нельзя сравнивать…
— Я еще расту, граф. — Киро пропустил мимо ушей оскорбление Рукмел. — У меня все еще впереди… Прошу Вас, не стойте в дверях, проходите скорее.
— Наш дворецкий приготовил для вас напитки, — продолжил за брата Волова. — На улице нынче такая жара, думаю, поездка была утомляющей.
— Да не говори. — Граф медленно прошел вглубь холла, осматриваясь в поисках малейших изменений.
— Тайли. — Заметив позади мужчины девочку, Волова отвлекся от Оридона и развел руки для объятий.
— Волова! — словно дождавшись разрешения, взвизгнула девочка, подбегая к жениху.
— Вы, как всегда, прекрасны, графиня. — Подошел к гостям Август. Он наклонился и, поцеловав руку матери Тайли, повел ее за графом Оридоном.
— Фуникиро, — последняя, неловко стоящая в тени девочка солнечно улыбнулась. — Рада встрече.
— Безумно рад встрече, Кауре. — Мальчик играл настолько искусно, что ни у кого не могло даже мысли возникнуть, что это все ложь. Волова часто наблюдал за братом, но каждый раз не замечал ни единой фальшивой улыбки. Иногда у будущего графа проскакивала мысль: «может, Киро на самом деле не играет? Может, он действительно наслаждается днями проведенными в замке?». В такие моменты Волова надеялся, что на самом деле маской является холод, с которым Фуникиро общается с семьей. Но потом мальчик вспоминал про Гаро. Человека, которого он никогда не видел лично, но слышал о нем с самого детства. Когда Фуникиро только учился говорить, самым любимым его словом было это имя. Младший Рисабер на вопрос родителей «кто лучше: мама или папа?» всегда отвечал «Гаро». С этим пытались бороться все. Родители, Волова, слуги и даже сам Гаро старались переубедить мальчика. Однако Киро раз за разом пропускал их слова мимо ушел и продолжал восхвалять наставника.
— А где Офелия? — Обернулся к Августу Оридон.
— Ей пришлось ненадолго выйти в город. Она вернется с минуты на минуту. Дети. — Граф провел довольным взглядом по головам будущих графов и графинь. — Идите в северную гостиную. И постарайтесь не сильно устать, вечером прибудет не один гость, будет плохо, если вы уснете на середине танца.
— Согласен, — кивнул Рукмел. — Будущим владельцам этих земель не подобает показываться перед гостями уставшими.
— А все-таки… — тихо начала графиня, когда шаги детей стихли. — Не понимаю, почему тебе не нравится Киро, Оридон. Он постоянно выглядит болезненно, но в остальном, Фуникиро превосходит брата. Я права, Август?