– Тебе письмо, – произнес он вместо приветствия и протянул простой белый конверт.
Ева взяла его с некоторой опаской, догадываясь, от кого может быть это послание.
– Ад нанял тебя почтальоном? – не удержалась она, чтобы не поддеть вредного ангела.
Он поджал губы, но ничего не ответил. Ева обреченно вздохнула и распечатала конверт. Несколько строчек, написанных размашистым четким почерком, заставили ее сердце учащенно забиться.
«Пока меня не будет, помоги Эвану. Ему нужна помощница на охоте. Я вернусь, и мы поговорим.
P.S. Я подумал, если ты в мое отсутствие убьешь парочку монстров, то будешь меньше злиться».
Меньше злиться? Ева скрипнула зубами. Так Киан считает, что она просто злится, и поэтому ей лучше выпустить пар? Злится! Не находится в отчаянии, не погружена в пучину беспросветной депрессии, не балансирует на грани помешательства от осознания того, кто и почему лишил ее нормальной жизни, а просто злится. Бесчувственная скотина! Ева даже зарычала и задышала часто, представляя, что бы ей хотелось сделать сейчас с чертовым демоном. Эван смотрел на нее, чуть склонив голову набок и с интересом наблюдая за эмоциями на ее лице.
– Что! – рявкнула девушка, заметив его взгляд.
– На охоту идем завтра, после заката.
– Но завтра тридцать первое декабря! – Ева на миг растерялась.
Ангел приподнял безупречную бровь, глядя на девушку с холодной иронией.
– Будешь наряжать елку? – спросил он ее. – Или даешь благотворительный концерт в сиротском приюте?
Еве захотелось его пнуть. Тем более что он был почти прав. Да, она собиралась наряжать елку и устроить маленький праздник для Люси. А теперь эти планы оказались под угрозой срыва.
– Нет, – прошипела она в ответ, глядя в честное и благородное лицо представителя света, – хотела подцепить какого-нибудь инкуба и завалиться с ним в постель.
Лицо Эвана вытянулось.
– А ты?.. – неуверенно начал он. – А вы с Кианом?..
– Что мы с Кианом?
– Разве вы не вместе? – Ангел окончательно стушевался и опустил взгляд. – Просто все говорят.
Ева мысленно закатила глаза. Оказывается, неспособность воспринимать иронию – это общая черта всех ангелов.
– Конечно, – мстительно улыбнулась она, глядя на его обескураженное лицо. – Но это не мешает нам развлекаться так, как мы привыкли. Видишь ли, я не могу так долго сдерживаться. Понимаешь, мне хочется ощутить, как горячие губы касаются моей голой груди…
– Все! – прервал ее Эван, и на его лице отразилось отвращение. – Хватит! Мне не нужны подробности твоей грязной жизни. Будь добра отложить свидание. Встречаемся завтра в шесть у старой крепости.
Ангел буквально отпрыгнул от девушки, отвернулся и стремительно покинул зал.
– Кто такой инкуб?
Детский голосок за спиной заставил злую улыбку на губах Евы погаснуть. Она испуганно схватилась за сердце и обернулась, гадая, что из ее речи ребенок запомнил и понял.
Люси сидела на диванчике, сонно моргая.
– Я просто шутила, детка, – поторопилась с ответом Ева. – Не слушай взрослые разговоры.
Девочка согласно кивнула и зевнула.
– Поедем домой, Люси, – сказала Ева, протягивая ей руки, – а завтра подумаем о том, как встретить Новый год.
– И этот инкуб тоже придет? – устраивая голову на плече девушки, вновь спросила малышка, и Ева мысленно выругалась. Вот же черт! Вот какая из нее опекунша? Она поспешила унести девочку из зала, надеясь, что сон сотрет из памяти ненужные ребенку воспоминания.
В канун нового года город накрыло пушистым снегом. Он начал падать с полудня, кружился большими хлопьями, мягко ложился на сразу притихший мегаполис. После обеда коммунальные службы расчистили дороги и посыпали их реагентами, превратив снег в грязь, но на газонах, домах и деревьях он остался лежать шапками, радуя глаз.
Ева вышла из дома, крутя на пальце ключи от машины. Нажала кнопку, и большой джип Киана приветливо отозвался, как послушный пес, и моргнул фарами. Ключи от внедорожника еще утром передал ей консьерж. Ева усмехнулась: наставник позаботился о своей ученице. Добраться до места охоты на своей маленькой машинке девушке было бы проблематично. Она решила не спорить, хотя в первый момент хотелось выкинуть эти ключи в сугроб. Практичность и здравый смысл возобладали.
Люси Ева оставила с Леоном. Она прочитала им кучу наставлений и дала указания, стараясь предугадать все возможные ситуации.
– Не есть сладкое, пока я не вернусь, не зажигать фейерверки, – перечисляла Ева, загибая пальцы, – не лепить снеговиков в комнате, не ходить по карнизу.
Люси и Леон сидели рядышком на диване и смотрели на нее, как глядят дети на учительницу, которая доносит до них очередные азбучные истины – давно понятные, надоевшие и нудные. Они временами переглядывались, но молчали, давая Еве выговориться, понимая, что без этого она их в покое не оставит.
– Леон! – Палец ткнулся ангелу в грудь. – Мое желание на сегодня, чтобы ты не исполнял никаких желаний Люси. Ты понял? Играйте, читайте, смотрите мультики, в холодильнике есть полезная еда. Я вернусь быстро.
Губы парня чуть дрогнули в улыбке, но он постарался оставаться серьезным.
