Когда мы приблизились к Масс-Пайк, я снова позвонил Синтии на мобильный, но безответно. Попробовал позвонить и домой, хотя практически не надеялся, что она может там оказаться.
Разумеется, ее не было.
Вероятно, это хорошо, что я пока не могу с ней связаться. Лучше позвоню, раздобыв настоящие новости. Я очень надеялся, что по приезде в Янгстаун они у меня появятся.
Я уже собрался убрать телефон, когда он зазвонил в моей руке. Я подпрыгнул от неожиданности.
– Алло?
– Терри. – Это был Ролли.
– Привет, – сказал я.
– Что-нибудь слышно о Синтии?
– Я разговаривал с ней до отъезда, но она не сказала мне, где находится. Вроде они с Грейс в порядке.
– До отъезда? А где ты?
– Мы как раз сворачиваем на шоссе в Масс, около Ли. Направляемся в Буффато. Вернее, немного севернее.
– Мы?
– Это длинная история, Ролли. И похоже, становится все длиннее и длиннее.
– Куда ты направляешься? – Казалось, он искренне обеспокоен.
– Может, это пустая затея, – сказал я, – но есть шанс, что я найду семью Синтии.
– Ты смеешься?
– Нет.
– Но, Терри, сам подумай, они наверняка давным-давно мертвы.
– Возможно, кто-то остался в живых. Может быть, Клейтон.
– Клейтон?
– Я не знаю. Но сейчас мы едем по адресу, где телефон зарегистрирован на имя Клейтона Слоуна.
– Терри, может, не стоит пытаться? Ты представления не имеешь, во что ввязываешься.
– Вероятно. – Я взглянул на Винса и добавил: – Но я с человеком, который хорошо знает, как вести себя в сложных ситуациях.
Если, конечно, общество Винса Флеминга само по себе не подходило под категорию сложной ситуации.
Мы въехали в штат Нью-Йорк, заплатили пошлину в будке, и вскоре оказались в Олбани. Нам обоим требовалось поесть, а также воспользоваться туалетом, поэтому мы остановились у ближайшего обслуживающего центра. Я купил бургеры и кока-колу и отнес их в машину, чтобы мы могли перекусить во время езды.
– Смотри, ничего не пролей, – предупредил Винс, пикап которого сверкал чистотой. Непохоже, что в этой машине он кого-то убивал. Я воспринял сие как добрый знак.
Нью-Йоркское шоссе проходило по южному краю горного массива Адирондак сразу после Олбани, и если бы моя голова не была забита разными мыслями, я бы по достоинству оценил пейзажи. После Аттики шоссе стало ровнее, как и окрестности по его сторонам. Много лет назад я ехал здесь в Торонто на учительскую конференцию, и этот отрезок пути запомнился мне как бесконечная тягомотина.
Мы еще раз остановились по нужде недалеко от Сиракуз, потратив на это не больше десяти минут.
Говорили мы мало. Слушали радио – разумеется, станции выбирал Вино По большей части кантри. Я просмотрел его диски в отделении между сиденьями и поинтересовался:
– Никаких «Карпентерз»?
Около Буффало движение стало очень плотным. К тому же темнело. Мне приходилось чаще сверяться с картой и советовать Винсу, как объехать город. Так что за руль я так и не сел. Винс был куда более опытным водителем, и я готов был подавить свой страх, если это позволяло скорее приехать в Янгстаун.
Мы проехали Буффало, двинулись дальше к Ниагарскому водопаду, так и не взглянув на одно из чудес света, затем поднялись по Роберт-Мозес-паркуэй мимо Льюистона, где я обратил внимание на больницу с огромной буквой «Н», светящейся в ночном небе, расположенную рядом с шоссе. Сразу за Льюистоном мы свернули на Янгстаун.
Я не сообразил, уезжая из дома, списать с компьютерного экрана точный адрес Клейтона Слоуна, не распечатал карту. В тот момент я не знал, что мы пустимся в это путешествие. Но Янгстаун оказался деревней, а вовсе не таким большим городом, как Буффало, и мы решили, что легко там сориентируемся. Мы свернули на Локпорт-стрит, затем повернули еще раз на главную улицу.
Я заметил бар с грилем.
– У них обязательно должна быть телефонная книга.
– Я и перекусить не прочь, – сказал Вино.
Я тоже проголодался, но меня снедало беспокойство. Мы были совсем близко.
– Что-нибудь по-быстрому, – согласился я, и Винс нашел место для парковки.
Пока Винс разыскивал свободный стул у бара и заказывал пиво и крылышки, я отыскал платный телефон, но телефонной книги там не оказалось. Бармен достал ее из-под прилавка, когда я попросил.
В книге я нашел адрес Клейтона Слоуна: Ниагара-Вью-драйв, 25. Теперь я его вспомнил. Возвращая книгу, я спросил у бармена, как туда добраться.
– На юг по главной, примерно с полмили.
– Налево или направо?
– Налево. Поедешь направо, окажешься в реке, приятель.
Янгстаун стоял на Ниагаре, напротив канадского города Ниагара-он-зе-Лейк, знаменитого своим живым театром. Я вспомнил, что там проводятся фестивали Шоу, названные так в честь Бернарда Шоу.
Может быть, когда-нибудь в другой раз.
Я содрал мясо с пары крылышек и выпил половину пива, но все равно в желудке было неспокойно.
– Не могу больше терпеть, – сказал я Винсу. – Поехали.
Он швырнул несколько купюр на прилавок, и мы вышли из бара.
В свете фар пикапа мелькали дорожные знаки. Я следил за номерами домов.
– Двадцать первый, двадцать третий. Здесь. Двадцать пятый.
