Когда эффект способности закончился, я оказался в двух шагах от потрясенной Люцианны. Осколки льда безвредно разбились о стены и мостовую позади меня.
— Как… — только и успела выдохнуть она, прежде чем я одним молниеносным движением выбил гримуар из её рук.
Второй удар — рукоятью меча в солнечное сплетение — заставил её согнуться пополам. Магиня рухнула на колени, пытаясь восстановить дыхание.
Я приставил лезвие «Рассекателя Судеб» к её горлу:
— Вот и потанцевали, — выдохнул я.
— Саш, нет! — голос Селены остановил меня в последний момент. — Не убивай её!
Я бросил быстрый взгляд на наследницу:
— Она пыталась нас убить и она на стороне Архипа.
— Знаю, — Селена подошла ближе, глядя на поверженную магиню с горечью. — Но Люцианна всегда было очень добра ко мне, поэтому я отвечу тем же.
Я помедлил, затем медленно опустил меч:
— Твоё баронство, твои правила, — сказал я Селене. — Но если она снова встанет у нас на пути…
— Тогда поступай как считаешь нужным, — кивнула Селена.
Мы бросились к замку, где во дворе уже разворачивалось настоящее побоище. Верные барону стражники сражались с перебежчиками и несколькими оставшимися демонами. Нам пришлось буквально прорубаться сквозь толпу, чтобы добраться до главного входа.
В тронном зале мы нашли Архипа — он стоял над распростёртым на полу бароном, сжимая в руке ритуальный кинжал. Вокруг лежали тела стражников, не сумевших защитить своего господина. Барон Измайлов, обычно надменный и самодовольный, сейчас был жалким зрелищем — дрожащим, с лицом, искажённым страхом.
— Прошу, Архип, не надо! Я всё сделаю! Всё, что захочешь! — его голос дрожал и срывался на визг. — Я отдам тебе замок, казну, всё! Только не убивай меня!
— Дядя! — воскликнула Селена, бросаясь вперёд.
Архип резко обернулся, и в его взгляде сверкнула безумная решимость.
— Поздно! Вы всё испортили! — Он выхватил из-за пазухи амулет, активировал его коротким заклинанием, и тот вспыхнул мрачным светом. Затем он резко опустил кинжал — не в сердце, но в плечо барона. Из раны хлынула кровь, и в тот же миг пространство перед троном задрожало.
— Нет! — закричала Селена, бросаясь к нему, но Архип отбросил её одной вспышкой артефакта. Девушка упала на колени, прижимая руку к груди.
Портал раскрылся, а в следующий момент из него один за другим начали выбираться силуэты — высокие, мускулистые, покрытые броней из обсидиана и с глазами, пылающими адским светом. Пятерка демонов двадцатого уровня… жестко.
— Да чтоб вас… — выдохнул я, мысленно готовясь к новому бою. — Вы когда-нибудь закончитесь⁈
«Рассекатель Судеб» вспыхнул магическим светом, отзываясь на моё напряжение. Я прыгнул навстречу первым двум, уходя в перекат, чтобы избежать ударов массивных клинков. Контратака — и один из демонов получил рассечение по груди, грохнувшись на мрамор с оглушающим ревом.
Второй прыгнул на меня, но я ударил снизу, разрубая его левую ногу, затем — добивающий в шею. Темно-красная кровь залила пол, шипя при контакте с воздухом.
Оставшиеся трое окружили меня, но я не дал им скоординироваться. Ловко увернувшись, я атаковал самого медленного, вскрыв его защиту ударом по суставу, затем резко развернулся и всадил клинок в спину другому. Остался последний.
Он оказался сильнее и быстрее своих рогатых коллег. Удар, блок, перекат — бой перешёл в затяжную дуэль. Я ощущал, как мышцы ноют, дыхание сбивается, но отступать было нельзя. Ещё один рывок, ложный выпад, и «Рассекатель Судеб» пронзает грудь демона. Готов, сволочь…
Я тяжело дышал, сжимая рукоять меча, и осматривал тронный зал. Пятеро мертвых демонов, несколько десятков стражников и один закрытый портал. Только вот главного виновника сегодняшнего побоища тут не было.
— Он сбежал, — прохрипел я, поднимаясь на ноги. — Трус…
Селена медленно подошла к барону. Тот, хоть и был ранен, но по-прежнему продолжал дышать и даже слегка поскуливать.
— Всё закончилось, дядя, — тихо сказала она, опускаясь рядом с толстяком. — Все закончилось.
Когда всё улеглось, тронный зал больше походил на поле боя, чем на центр власти. Каменные плиты потрескались, воздух ещё хранил запах озона и гари, а из-под обломков вытаскивали раненых. Демоны рассыпались в пыль, оставив после себя лишь клочья тьмы и мерзкий, въедливый запах. Стражников Архипа скрутили, оружие собрали в кучу, а тех, кто вовремя сориентировался и сдался, лишний раз не трогали — просто посадили у одной из стен и сказали помалкивать.
Барона напоили, перевязали, усадили на ступеньки — и теперь он сидел, тяжело дыша, больше похожий на испуганного толстяка, чем на правителя. Те, кто остался на ногах, помогали вытаскивать раненых, звали лекарей. Замок впервые за долгое время оказался под контролем людей, не связанных с тенями.
Я стоял в стороне, глядя на всё это, и чувствовал, как подкатывает усталость. Хотелось просто сесть, закрыть глаза и провалиться в тишину, но вместо этого я развернулся и направился к храму — надо было проверить, как там Аврелия и Рудгард.
