Остаток ночи мы провели, завершая приготовления к отъезду. Я проверил своё снаряжение, заточил кинжал, собрал запас провизии на дорогу. Эрик занимался своей частью: аккуратно перебирал амулеты, порошки и склянки с непроизносимыми названиями. За время в храме он явно не терял времени зря — связи с местным снабженцем приносили плоды, и теперь его пространственный мешок больше напоминал лавку мага, чем дорожную поклажу.
Когда небо за узким окном кельи начало светлеть, превращаясь из чернильно-чёрного в глубокий индиго, раздался громкий стук в дверь. Я открыл, ожидая увидеть Морвелин или кого-то из младших послушников с сообщением от Совета, но на пороге стоял сам Брат Максимилиан. Его обычно строгое лицо сегодня казалось особенно торжественным.
— Послушник Саша, — произнёс он официальным тоном. — Совет принял решение.
Я кивнул, готовясь принять любой вердикт.
— Храм Кача направляет отряд из тридцати братьев в Калверию, — сообщил Максимилиан. — Мы вспомнили нашу клятву перед бароном Измайловым и его родом, и не можем оставаться в стороне, когда земли, которые он нам завещал защищать, находятся под угрозой.
Эта новость превзошла все мои ожидания. Я ожидал, что Совет, может быть, направит двух-трёх монахов или просто даст нам формальное благословение. Но тридцать братьев? Это серьёзная сила, особенно учитывая уровень подготовки монахов Кача.
— Это… щедрое предложение, Брат Максимилиан, — я склонил голову в знак уважения. — Селена будет признательна за такую поддержку.
— Есть ещё кое-что, — Максимилиан достал из складок своей накидки свёрнутый пергамент. — Совет решил, что отряд должен отправиться под предводительством того, кто знает ситуацию в Калверии лучше всех нас. Того, кто уже сражался с этими демонами и выжил.
Он протянул мне пергамент.
— Но я даже не посвящённый брат, — растерянно произнёс я, принимая свиток. — Всего лишь послушник…
— Это свидетельство об окончании обучения, — пояснил Максимилиан с лёгкой, почти незаметной улыбкой. — Первое за двадцать лет, которое выдано до завершения трёхлетнего срока. Совет признал твою подготовку… достаточной.
Я развернул пергамент. На нём каллиграфическим почерком было выведено моё имя и положение: «Брат Александр, Воин Святого Анатолия, Хранитель Железной Клятвы». Внизу стояли подписи всех старших монахов, включая Торвальда.
— Брат Торвальд настаивал, — заметил Максимилиан, заметив мой удивлённый взгляд. — Сказал, что если мы не признаем твои достижения сейчас, то будем выглядеть глупцами, когда ты вернёшься после победы над демонами.
— Я… благодарю вас, — я аккуратно свернул пергамент и убрал его в инвентарь. — Постараюсь оправдать ваше доверие.
— Сделай больше, чем просто постарайся, — серьёзно произнёс Максимилиан. — Отряд собирается во внутреннем дворе. У вас есть час до выступления.
Когда Максимилиан ушёл, Эрик расплылся в широкой ухмылке:
— Поздравляю, ты только что стал официально признанным качком, — сказал он с наигранным уважением.
— Заткнись, — беззлобно отозвался я, но не смог сдержать улыбки. — Лучше готовься к выезду. У нас всего час.
Внутренний двор храма Кача представлял собой впечатляющее зрелище. Тридцать монахов, выбранных для похода, выстроились в идеально ровные ряды. Каждый был одет в лёгкую кожаную броню, поверх которой была наброшена синяя накидка с символом храма — стилизованной гирей на фоне восходящего солнца. Оружие у всех было разное — кто-то предпочитал двуручные мечи, кто-то боевые топоры или булавы, но все без исключения выглядели так, словно могли голыми руками остановить атаку быка.
Рядом с монахами стояли крепкие горные лошади, специально выведенные для долгих переходов по сложной местности. Животные были навьючены припасами и снаряжением.
Морвелин ждала у ворот, в образе обычной девушки, но, заметив меня, слегка улыбнулась. В этой улыбке было больше холодного расчёта, чем теплоты, но это меня не удивляло. Демоны не славились своей сентиментальностью.
— Впечатляющая армия, некромант, — тихо сказала она, когда я подошёл. — Я не ожидала, что ты сумеешь убедить их отправиться с нами.
— Я тоже, — честно признался я. — Но похоже, клятва, данная храмом много лет назад, для них важнее, чем я думал.
Рудгард, облачённый в тяжёлую боевую броню, подошёл к нам, ведя в поводу двух лошадей.
— Для тебя и чернокнижника, — сказал он, протягивая поводья. — Лучшие скакуны из нашей конюшни. Резвые, но послушные.
— Спасибо, Рудгард, — я принял поводья. — Рад, что ты с нами.
— Как я мог остаться? — он окинул взглядом суккуба, слегка нахмурившись. Похоже, его магическое чутьё подсказывало ему, что с «посланницей» не всё так просто. — Леди Селена в опасности. Мой долг быть рядом.
Брат Максимилиан вышел на середину двора и поднял руку, призывая к тишине:
— Братья! — его голос разнёсся по всему двору. — Сегодня мы отправляемся в путь, чтобы исполнить клятву, данную нашими предками. Демоны вновь угрожают землям, которые мы поклялись защищать, и мы не можем оставаться в стороне!
Монахи выпрямились, их лица выражали суровую решимость.
