Я встал и осмотрел поле будущей битвы, позволяя своему стратегическому видению охватить всю картину. Анализ местности, расположение противника, особенности демонической энергетической структуры — всё это складывалось в моей голове в чёткую картину.
— Нет, — твёрдо сказал я. — План не провалился. Мы просто адаптируем его к новым обстоятельствам.
Через двадцать минут все командиры стояли вокруг наспех начерченной карты. Я разделил её на секторы и теперь указывал на ключевые точки.
— Структура порталов образует не просто концентрические круги, а сложную руническую конструкцию. Вот эти внешние порталы, — я указал на внешний круг, — действуют как стабилизаторы. Их расположение формирует руну Стхелаз — древний символ удержания.
— Откуда ты знаешь такие детали демонической магии? — с подозрением спросила Люцианна.
— Из библиотеки храма Кача, — ответил я. — Их собрание древних текстов о демонологии одно из самых полных.
Брат Торвальд кивнул с едва заметной гордостью.
— Так в чём состоит новый план? — нетерпеливо спросил капитан Дориан.
— Мы атакуем тремя группами, — я указал на карту. — Первая группа под командованием Рудгарда и Люцианны атакует западный фланг. Ваша задача — не прорыв, а отвлечение. Создайте максимальный шум и иллюзию, что главный удар идёт оттуда.
Рудгард и Люцианна переглянулись и кивнули.
— Вторая группа под командованием Брата Торвальда и капитана Дориана держит центр и обеспечивает путь к отступлению. Вам нужно любой ценой удержать коридор открытым, чтобы мы смогли выйти, когда завершим миссию.
— А третья группа? — спросил Торвальд.
— Третья группа — я, Аврелия, Эрик и призванные мертвецы. Мы совершим скрытый прорыв к центральному порталу. Я обнаружил, что демоны не защищают восточную сторону так же тщательно, как остальные. Там есть слабое место в их обороне.
— Потому что там болото и топи, — заметил Эрик. — Не самый простой путь.
— Но демоны тоже так думают, и именно поэтому мы пойдём там, — я улыбнулся. — Кроме того, я заметил кое-что интересное в структуре порталов. Эти точки, — я указал на несколько мест на карте, — это узлы, где сходятся энергетические потоки. Если мы уничтожим их в определённой последовательности, это создаст каскадный эффект и временно дестабилизирует всю конструкцию.
— Достаточно для того, чтобы добраться до центрального портала? — спросила Аврелия.
— Если мы будем быстрыми и точными — да, — кивнул я. — Затем мы используем сильнейшие заклинания для уничтожения центрального узла. Это должно разрушить всю конструкцию.
Командиры внимательно изучили карту, и Брат Торвальд первым выразил поддержку:
— План рискованный, но продуманный. Мы последуем за тобой, брат.
Остальные тоже согласились.
Перед выступлением я встал перед собравшимся отрядом. Более двухсот воинов смотрели на меня с ожиданием — монахи храма Кача, солдаты капитана Дориана, маги и вспомогательный персонал. В их глазах читались разные эмоции: решимость, страх, сомнение, надежда.
«Так, нужно что-то сказать,» — подумал я. — «Что-то вдохновляющее, что поднимет боевой дух и объединит всех перед лицом опасности».
В голове промелькнули обрывки воспоминаний из прошлой жизни — сотни просмотренных фильмов с героическими речами полководцев перед решающей битвой. «Надо бы вспомнить какую-нибудь мотивационную речь из фильмов», — мелькнула мысль.
И тут меня осенило. В памяти ярко всплыла сцена из «Храброго сердца» — Мел Гибсон на коне, с раскрашенным лицом, произносит пламенную речь перед шотландцами. Это должно сработать.
Я вышел перед воинами, и на мгновение просто молча смотрел на них, позволяя тишине сгуститься. Потом глубоко вдохнул и заговорил — не громко, но каждое слово разносилось над затихшим лагерем:
— Они могут забрать наши жизни… — начал я, делая драматическую паузу, — но они никогда не заберут НАШУ СВОБОДУ!
Воины недоуменно переглянулись. Я откашлялся и продолжил, шагая вдоль строя с преувеличенно героическим видом:
— Сражаетесь ли вы? — крикнул я, внезапно повысив голос так, что передние ряды даже отшатнулись. — О да, многие сражаются… за Калверию… ПОТОМУ ЧТО ТОЛЬКО В КАЛВЕРИИ ЗНАЮТ, ЧТО ТАКОЕ НАСТОЯЩАЯ СИЛА!
Брат Торвальд непонимающе наклонил голову, но я уже был в ударе.
— Я — Александр, сын… эээ… Игоря! — я воздел Рассекатель Судеб к небу и сделал им круг. — И я вижу перед собой ЦЕЛУЮ АРМИЮ МОИХ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ! Соотечественников, которые бросают вызов ТИРАНИИ! Вы пришли сражаться КАК СВОБОДНЫЕ ЛЮДИ… и свободными людьми вы и являетесь!
Эрик тихо хихикал где-то в задних рядах, но я был слишком увлечен, чтобы остановиться.
— Что вы будете делать без свободы? БУДЕТЕ ЛИ ВЫ СРАЖАТЬСЯ⁈ — проорал я, театрально взмахнув мечом.
— Эм… надо подкачаться? — неуверенно предположил один из монахов.
— СРАЖАЙТЕСЬ, И ВЫ МОЖЕТЕ УМЕРЕТЬ! — я расхаживал теперь широкими, размашистыми шагами, периодически резко разворачиваясь. — БЕГИТЕ, И ВЫ БУДЕТЕ ЖИТЬ… ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, КАКОЕ-ТО ВРЕМЯ!
Аврелия прикрыла рот ладонью, её плечи слегка тряслись.
