Гвин, по своему обыкновению, неопределенно хмыкнул и оторвал последний кусок мяса от кости. Покончив с трапезой, он тыльной стороной ладони утер жир с усов.
– Я слышал об Алане Фитцхае, – произнес он. Братство сержантов и стражей в замке Ружмон, похоже, знало способ почти мгновенной передачи информации и распространения слухов.
– О том, что он в тюрьме, или что его собираются подвергнуть испытанию? – уточнил Джон.
– И то, и другое. Только мне непонятно, чего они собираются добиться от него – если, конечно, он еще не все сказал – признания вины или доказательства невиновности?
Коронер одним глотком влил в себя добрых полпинты эля.
– Они хотят получить от него признание. Испытание в давние времена придумали священники, по крайней мере, так они утверждают, хотя я лично вижу в нем мало смысла.
Прежде чем ответить, Гвин оторвал от пропитанного подливой хлеба исполинский кусок и запихнул его в рот.
– Это что-то вроде того, когда подозреваемых заставляют дотронуться до останков покойника, да?
Джон нахмурился, и его морщинистое лицо приобрело суровый вид.
– Но ведь что-то похожее случилось с нашим королем, когда в восемьдесят девятом старый Генри скончался в Чиноне.
История гласила, что когда Ричард Львиное Сердце приблизился к телу отца, умершего накануне в аббатстве Фонт-револт, из носа и рта покойного пошла кровь. Ричард упал на колени, и заплакал, чувствуя себя виноватым в том, что ускорил смерть собственного отца.
Джон не готов был отказаться от подобных суеверий, даже несмотря на то, что они дискредитировали его героя, Ричарда Львиное Сердце.
– Но ведь Ричард не убивал его, так ведь? – упорствовал Гвин.
– Нет, но помог разбить сердце старика, когда все его сыновья пошли против него. От мерзавца Джона ничего другого и ожидать не стоило, но как на это пошел Ричард, ума не приложу.
Оба умолкли, мысленно заново переживая былые сражения и битвы. Спустя некоторое время Джон вернулся к делам насущным:
– Если шериф заставит Фитцхая пройтись по девяти раскаленным докрасна плугам или что он там планирует для испытания, мы должны попробовать заранее получить от него как можно больше информации о Хьюберте де Бонвилле.
Гвин тщательно вытер остатки луковой подливы со столешницы последней корочкой и затолкал ее в рот.
– И как можно быстрее, – добавил он, прожевывая хлеб. – Половина тех, кого при мне заставляли пройти испытание, умирали от боли или ожогов в тот же день.
Неста, покончив со своими обязанностями хозяйки постоялого двора, присоединилась к друзьям и попыталась столкнуть Гвина с его места:
– Ступай, ты уже насытился, нечего рассиживаться. Забирай кружку и иди, погрейся у огня, дай мне поговорить с Джоном.
Добродушный Гвин грузно поднялся со скамейки и присоединился к переговаривающейся у жарко пылающего очага группе мужчин, оставив Несту наедине с коронером.
– Ты сможешь остаться сегодня ночевать? – напрямую спросила она.
Он посмотрел на ее приятное открытое лицо и пожалел о том, что ему придется уйти.
– Если верить моей служанке, это было бы тактической ошибкой, – произнес он с кривой улыбкой.
– Да пошла она к дьяволу! – взорвалась рыжеволосая хозяйка, темперамент которой вполне мог сравниться с цветом ее волос. – С каких это пор она получила право решать, с кем тебе спать?
Джон терпеливо рассказал ей о затянувшемся кризисе в семейной, жизни, и гнев любовницы утих с той же быстротой, что и появился. Она даже рассмеялась, когда он поведал ей о том, что предыдущую ночь провел на полу в холле, завернувшись в плащ, и быстро чмокнула его в щеку.
– Ну ладно, дорогой мой, если не решишься бросить ее навсегда и переехать ко мне, совместив обязанности коронера с обязанностями хозяина постоялого двора, лучше черту не переступать.
По сути, она пришла к тем же выводам, что и Мэри. Одноглазый подручный Эдвин приковылял с новым кувшином свежего эля из только что открытой бочки и уставился на парочку.
– Рад снова вас видеть, капитан, – каркнул он, подмигивая Несте.
В ответ она ударила его ногой по культе и резко велела заниматься своим делом.
– Что нового насчет погибшего крестоносца, Джон? – спросила она. – Как и твоя дражайшая супруга, я в последние дни тебя не видела.
Неста умудрялась быть в курсе всех последних слухов и сплетен в графстве. В выгодном для разведчика положении хозяйки постоялого двора, через который проходит великое множество всякого люда, она обычно знала все или почти все, но ничего о расследовании, проводимом Джоном.
Коронер сообщил ей о своих последних находках и рассказал, что Алану Фитцхаю на следующее утро предстояло пройти испытание судом Божьим.
– Ты как считаешь, это он убил крестоносца? – спросила Неста, прикладываясь к его кувшину.
– Откуда мне знать? Он что-то наверняка скрывает, это заметно. Что-то произошло между ним и покойником, но обвинять его в убийстве нет никаких оснований.
Мудрая Неста кивнула головой.
– Для этого нужны мотивы, вот что тебе нужно выяснить, – поразмыслив, заявила она. – А что там со вторым трупом в дартмурских скалах? Ты думаешь, есть какая-то связь между ними?
