За ужином Рей весело делилась тем, как прошел её день. Подтвердила, что да, ей задавали вопросы о том, насколько правдивы слухи о том, что она встречается с Беном Соло, на что она ответила только улыбкой. Бен смеялся. Ему нравилось то, что он получал наслаждение от Рей не только в сексе, и всё держалось не только на возбуждении. Удовольствием было смотреть на неё, делиться своими мыслями и по вечерам слушать главы из её новой книги о нем. Кое-где поправлять её, кое-где отворачиваться – где-то она случайно касалась словом таких струн его души, что та аж звенела от напряжения. Ему нравилось ощущать это всё в себе. Очень нравилось.
Ей шла его влюбленность. Ему – её душа. Они были в гармонии, хоть порой было и очень сложно. Как вот сейчас, когда ароматы готовящейся еды испарились, и Бен отчетливо ощущал запах тех прокуренных духов от Килиана, которые люто ненавидел из-за самого себя. Ничего не мог с собой поделать, но когда вместо темной вишни она пахла тем ароматом, он почти сходил с ума от неописуемой ревности. Этот весьма чужой аромат на её обнаженной коже был чем-то чересчур личным. Будто тот, другой мужчина, запах которого Рей надевала на себя быстрее, чем одежду, проник в тайну её личности и видел в первозданном виде. Видел куда четче, чем он сам.
Заедая злость на себя пастой, Бен поддерживал беседу и даже помог девушке прибраться. Затем, улыбаясь, поманил её к ноутбуку.
- Ну давай, что ты там такое нашел, что едва усидел до конца ужина?
- Я нашел потрясающий вариант на Рождество. И нам даже не придется тратить время на ёлку. Все уже включено. Представляешь?
Он улыбнулся. Судя по тому, что за неделю до Рождества в доме Рей не висело ни одного украшения, не сверкало ни единой лампочки, девушка была весьма равнодушна к праздничной мишуре, потому новость должна её была порадовать.
Рей подошла поближе и, оперевшись о его плечо, задумчиво посмотрела на картинку.
- Ммм, даже теплый бассейн и никаких соседей вокруг?
Её голос прозвучал безрадостно, заставив Бена оторвать взгляд от экрана и посмотреть на девушку. Смотрела она сквозь свои темные тени очень виновато.
- Ты не поедешь, да? – сразу сообразил он. Ощутил себя так глупо, ведь очень ждал эту поездку, но голос Бена прозвучал с привычным спокойствием. – Это не страшно, встретим Рождество тогда здесь. Не волнуйся.
- Бен, я… в общем, мне на неделю нужно уехать в Европу. Там будет ряд мероприятий от ЮНИСЕФ, в которых нужно принять участие, я ведь официально поддерживаю их, а потом рождественский благотворительный вечер и… это правда очень важно, понимаешь? У нас есть планы, я понимаю, но это тоже та часть жизни, где я ощущаю себя настоящей. Мне важно помогать другим и, если честно, я всегда мечтала о приглашении на гала-вечер в Стокгольме. Это почти как нобелевский прием или венский бал, ты же знаешь, что для такой, как я, это означает.
Мужчина, минуту назад смотревший на уютное шале, поднял удивленный взгляд на Рей.
Все звучало логично, конечно. Рей часто участвовала в благотворительных мероприятиях. Бен вздохнул. Естественно, она писательница, и ей положено и помогать людям, и сверкать где-то, а не прятаться в горах, но как-то стало тоскливо и очень зло. Да какого же хрена? Все предвкушение растаяло. Бен очень хотел подарить Рей настоящее Рождество, у которой его, наверное, никогда не было. По всем правилам. Со снегом, ёлкой, поцелуями под омелой и кучей подарков. Это звучало не так потрясающе, как благотворительный вечер и бал или что-то там в Стокгольме, конечно. Все девочки хотели красивое платье и хрустальную туфельку. Даже оставив своего принца дома.
- Хочешь, полетим вместе? – предложил Бен, который никогда не навязывался в командировку со своими подружками, но тут ему так не хотелось её отпускать. – В плане, я не претендую на твое рабочее время, но в остальные часы мы можем насладиться атмосферой. Мне, признаться, все равно, где провести свой отпуск.
Рей едва закатила глаза. Да в самом-то деле, что он так прицепился к этому Рождеству, которое ещё две недели назад не имело для него значения? Будто нельзя поехать на те чертовы лыжи неделей позже, и будто ей самой не жаль. Девушка скрестила руки. Этот вопрос вынуждал её дать ответ, который точно повлечет за собой вспышку гнева.
- Вряд ли это такая уж и хорошая идея, Бен, – Рей сделала вздох. Вот сейчас ей прилетит от него по полной точно. Если и была в их отношениях ахиллесова пята, то она как раз собиралась ударить по ней. С размаху так. Бейсбольной битой. А затем надеяться, что пронесет, и Бен не взбесится. - Я лечу с Ункаром.
На секунду в кухне воцарилась абсолютная тишина. Звенящая от напряжения настолько, что Рей боялась её нарушить. Липкая и вязкая, она обволакивала, и содрать такую тишину, наверное, можно было только с кожей.
Бен не моргая смотрел на девушку. Его лицо помрачнело, а глаза потемнели от гнева:
- Что? – очень медленно переспросил он, будто давая ей возможность придумать другой ответ. - Ты летишь с этим ублюдком?