- Знаешь, доктор, она все ещё болит, - она должна была, по-хорошему, отшутиться, но смотрела немного ошарашенно, а зрачки уже расширились. Рей не хотела больше воровать у него поцелуи, как в лифте. Она была прекрасной, а потому хотела их получать.
И мужчина коснулся её покрасневшей от удара коленки ещё раз. Словно возвращая долг за Гавайи, где ему понравилось её на них ставить, чтобы заняться сексом. Как будто возрождая к жизни воспоминания, уже исчезающие из памяти, и ему на секунду пол показался раскаленным песком пляжа на Ваиколоа.
- У тебя МРТ через полчаса, - напомнил Бен, когда Рей, секунду назад сидевшая смущенная и зажатая собственной неловкостью, откинула голову, расслабляясь.
- Хочешь поразить меня тем, что спустя четыре месяца целибата продержишься полчаса, или перед МРТ секс не желателен? – рассмеялась девушка, когда Бен, сам себе противореча, потянулся, чтобы поцеловать, выбивая поцелуем и воздух из ее легких, и мысли о том, что ей через полчаса нужно будет лежать под магнитом и слушать разные шумы.
Сейчас единственным шумом для неё было его дыхание. Мозг реагировал на него правильно – Рей развернулась и уперлась локтями в диван, выгибаясь так, как ему понравилось в первый раз.
- А коленка не заболит? – съерничал мужчина, пытаясь скрыть восторг в своем голосе. Сейчас, когда модное платье переместилось на поясницу, вид у девушки был горячий, пробуждающий звериные инстинкты. Да что же его так переклинивало? Почему он терял голову здесь, на своей территории? Да так, что едва не позабыл о контрацепции, так хотел побыстрее в неё войти без каких-либо прелюдий.
Мужчина вздохнул, напрасно пытаясь рассеять туман усталости и желания. Поцеловал девушку в плечо и отошел к столу. Она разочаровано простонала, уткнувшись лбом в ладонь. Невольно подумала, как же часто он такое проделывал, если хранил презервативы в тумбочке.
Всё же был толк спать с врачом. Прозаично, но хоть она от него ничего не подхватит, и не придется потом ещё лечиться, ведь ни черта она, кроме красивой биографии неизвестной степени правдивости, о докторе и не знала.
- Я ею сейчас тебе двину, если ты будешь ещё дольше возиться, - мстительно пообещала Рей, охнула и закрыла глаза. Дааа, наконец-то..
Его руки, заставившие её шире развести колени, дразняще скользнули по внутренней стороне бедра, такие же теплые и сильные, какими она их запомнила, а прикосновения…
- Ох, - выдохнула Рей. Да, прикосновения стали только лучше, а может, в нем просто говорило нетерпение, потому что Бен ласкал её где-то на грани приличия.
Хотя о каких приличиях вообще можно было думать, стоя на коленях в кабинете самого, мать его, крутого хирурга Нью-Йорка спустя час после встречи и почти умоляя его взять её побыстрее? В груди горело так, словно в неё случайно выстрелили, дыхание стало рваным, хриплым, а воздух где-то застревал в пересохшем горле, причиняя боль.
- А можно…– начало было Рей, желая его поторопить, но затихла, когда он прикусил мочку уха.
- Нет, нельзя, - тихо рассмеялся Бен, и девушка была уверена, что улыбка у него довольная. Какой мужчина не наслаждался бы стонущей под ним девушкой, которая еще и сама себя предложила?
Ох, она и забыла, что Бену Соло нравилось все делать неспешно. В его руках она ощущала себя спичкой, которую он зажигал, а потом насмешливо наблюдал, как та сгорает. Его пальцы и губы превращали её в пламя, яркое и обжигающее, поцелуи в шею и ласковые поглаживания между лопаток делали сверхчувствительной. В момент, когда мужчина наконец вошел в неё, девушка уже была готова взорваться.
Бен был поражен. Девчонка отдавалась ему с таким пылом, так двигалась ему навстречу, словно и у неё никого не было, словно он был последним мужчиной, который проникал в это тело, что, конечно же, было невозможно. Здорово бы польстило, но нет. Рей была слишком темпераментная, страстная, красивая. Если он с радостью поддался на её зов, даже не зная, кто она, то отчего бы в туре другим мужчинам не хотеть её, и почему бы ей, не связанной отношениями, не ответить им.
Не удержавшись, он шлепнул её по ягодице, и девушка чертыхнулась, выгибаясь ещё сильнее. На светлой коже красный отпечаток смотрелся настолько собственническим, что было сложно удержаться и не шлепнуть её ещё раз. Это так заводило – эти отпечатки и её реакция, и он задвигался хаотичнее, грубее, но Рей нравилось.
Их тела соприкасались, жар становился сильным, невыносимо сильным, и выжигал всё остальное. И было плевать, что он уже давно должен был вести в другом кабинете прием, что его ждали. Ведь в ней было так потрясающе хорошо. Ему нравилось проникать глубоко и резко, вызывая дрожь во всем – от её тела до воздуха.
Когда с его губ сорвался удовлетворенный хриплый стон, когда все напряжение удалось выплеснуть благодаря этой девчонке, которая появилась как подарок судьбы, Рей тяжело вздохнула. Бен понял, что она снова была в отстающих.
- Оу…