— Я бы назвал его «lе prince perdu»[31], — пробормотал Эллери. — Как вы считаете, мистер Бондлинг, это подходящее сравнение?
— Я — адвокат, а не антиквар, — недовольно произнес их посетитель. — Здесь приложены документы. Один из них — произнесенное под присягой заявление леди Шарлотты Аткинс, английской актрисы, близкой подруги семьи Капетингов[32], бывшей во время революции во Франции. Подразумевается, что заявление это написано также рукой леди Шарлотты. Так это или не так, не в этом дело, мистер Куин. Даже если история плоха, то бриллиант хорош!
— Как я понимаю, эта стодесятитысячедолларовая куколка является основой коллекции. В этом, видимо, и заключается камень преткновения?
— Наконец-то вы сказали это! — воскликнул мистер Бондлинг, удовлетворенно щелкая пальцами.
— По-моему, кукла дофина — единственный предмет в этой коллекции, который можно купить или продать. И что же сделала старуха? Она оговорила в завещании, что в день, предшествующий Рождеству, куклекция Китерии Ипсон должна быть выставлена на всеобщее обозрение… на главном этаже универмага Нэша[33]! В день, предшествующий Рождеству, джентльмены! Подумайте об этом!
— Но ради чего? — спросила озадаченная Никки.
— Ради чего? Кто знает, ради чего? Думаю, ради развлечения нью-йоркской армии маленьких попрошаек. Имеете ли вы хоть какое-нибудь представление о том, сколько крестьян проходит через Нэш накануне Рождества? Моя кухарка, а она очень набожная женщина, утверждает, что это напоминает Армагеддом[34].
— День накануне Рождества, — нахмурившись, произнес Эллери. — Значит, завтра.
— Это звучит довольно определенно, — встревоженно сказала Никки. Потом ее лицо просветлело. — Кстати, мистер Бондлинг, а если вдруг Нэш откажется?
— Вы так думаете? — едко заметил адвокат. — Как же, ждите! Старуха Ипсон давно задумала этот фокус и обо всем договорилась с целой бандой поставщиков, которые преследуют меня по пятам с того самого дня, как она отправилась в мир иной!
— Это событие привлечет всех мошенников Нью-Йорка, — сказал инспектор, бросая взгляд на кухонную дверь.
— Сироты, — встряла Никки. — Их интересы должны быть защищены. — Она укоризненно посмотрела на своего хозяина.
— Отец, может, принять специальные меры? — спросил Эллери.
— Да, да, конечно, — сказал инспектор, поднимаясь. — Ни о чем не беспокойтесь, мистер Бондлинг. А теперь, если позволите, я…
— Инспектор Куин, — прошипел мистер Бондлинг, возбужденно наклоняясь вперед. — Это не все.
— Ах, вот как! — Эллери проворно закурил сигару. — В этой пьесе, по-видимому, действует какой-то негодяй, и он, вам, мистер Бондлинг, известен.
— Да, это так, — глухо согласился адвокат, — и в то же время не так. В общем, я хочу сказать, это Комус.
— Комус! — вскрикнул инспектор.
— Комус? — с сомнением в голосе медленно произнес Эллери.
— Комус? — спросила Никки. — А кто это такой?
— Да, Комус, — кивнул мистер Бондлинг. — Это первое, что произошло у меня сегодня утром. Он сразу же пришел в мою контору. Держался очень высокомерно. Я не успел снять пальто, да и моей секретарши еще не было. Он вошел и бросил свою карточку мне на стол.
Эллери схватил визитку.
— Как обычно, отец.
— Его фирменный знак, — проворчал инспектор, едва шевеля губами.
— На карточке только имя — «Комус», — недоуменно заметила Никки. — Кто…
— Продолжайте, мистер Бондлинг! — громогласно сказал инспектор.
— Затем он спокойно заявил мне, — произнес Бондлинг, вытирая лицо мятым носовым платком, — что собирается завтра в универмаге Нэша выкрасть куклу дофина.
— А, так это маньяк, — сказала Никки.
— Мистер Бондлинг, — произнес старый джентльмен голосом, внушающим страх, — как выглядел этот тип?
— Похож на иностранца. С черной бородой. Говорил с очень сильным акцентом. Сказать по правде, я был как громом поражен и не заметил деталей. Даже не погнался за ним, а потом было уже слишком поздно.
Куины пожали плечами и выразительно переглянулись.
— Обычная история, — сказал инспектор. Кончик его носа побелел. — Сперва он напускает туману, а когда действительно показывается на сцене, никто не помнит ничего, кроме бороды и иностранного акцента. Ну что ж, мистер Бондлинг, раз в игру вступает Комус, значит, это серьезное дело. Где сейчас находится коллекция?
— В банке «Лайф Бэнк энд Праст», на Сорок третьей улице.
— Когда вы ее должны перевезти к Нэшу?
— Они хотели, чтобы это было сделано сегодня вечером. Я отказался и договорился с банком о перевозе коллекции завтра утром, в семь тридцать.
— До открытия универмага останется не так уж много времени для размещения коллекции, — задумчиво произнес Эллери и посмотрел на своего отца.
— Осуществление операции «Куколка» предоставьте нам, мистер Бондлинг, — мрачно сказал инспектор. — Лучше позвоните мне сегодня днем.
— Вы даже не представляете, инспектор, какое облегчение я чувствую…
— Неужели? — с кислой улыбкой проговорил старый джентльмен. — А почему вы уверены, что он не выкрадет ее?
