-И это только малая часть моих сил!- сказала Лилит тихим спокойным голосом – Я - не покорная рабыня, я могу быть другом и защитником, я могу бороться за компаньона, но я не буду сражаться за того, кто считает меня вещью. Вы можете обрести верного защитника или заклятого врага, все на ваш выбор, «добрые» господа. Тот, кто хоть пальцем меня тронет, будет тысячекратно проклят, ибо я уже принадлежу другому господину не из вашего мира, и он не даст меня в обиду. На мне его защита!
- Что она за существо? - прошептала Нефертари.
- Мне больше интересно, что у нее за господин такой? Точнее, как быстро я смогу его убить, - усмехнулся рыжеволосый. Девица ему понравилась, вот только покупать он ее не торопился. Лучше, чтобы ее купил какой-то идиот или оракул, чтобы выяснить, как она поведет себя в рабстве. Получить проклятье рыжему не улыбалось. И так уже многое здесь творится...
- Наши боги защитят нас, - произнесла Нефертари. - Не верю, что ее сила настолько велика, чтобы выступить против Ра. Бог солнца уничтожит каждую черную тварь в ее войске.
Внезапно все исчезло. Пропали тени, а трещины в полу закрылись и стерлись, точно засохшая глина. Слова графини произвели сильный эффект - люди взволнованно переглядывались, и тогда хозяин Ларсена обернулся к капитану и тихо произнес:
- Ты был прав. Это ценная рабыня.
Желающих купить графиню не нашлось. Только Нахти назвал цену, и она оказалась единственной. Ингемар почувствовал облегчение, что графиня будет находиться при нем.
- Она опасна для города, - внезапно произнес один из жрецов. - Мы предлагаем отпустить ее. Пусть идет, куда хочет!
- Отнюдь, - теперь уже заговорил Нахти. - Мой раб утверждает, что может усмирить ее. Я предлагаю за эту женщину 10 лун.
- Я предлагаю пятнадцать, - внезапно произнес толстый господин, которому Дмитрий так неудачно попытался внушить купить себя. – Я даже готов не выставлять тебя на арену, красавица. И не отдам в пользование дома утех. Я сам буду любить тебя и лелеять твое тело. Подле меня ты будешь сытой и защищенной. Возможно, даже приблизишься к господам. Ты лишь должна будешь стараться и ублажать меня, как любящая жена.
Глаза графини немедленно потемнели. Она была поражена бесстыдством этого похотливого мерзавца, и в тот же миг подушка, на которой сидел господин, вспыхнула черным пламенем.
- Насладись моим теплом по полной, ничтожество! – вскричала ведьма, не помня себя от ярости.
Мужчина с криком подскочил и принялся тушить свои одеяния, пока кто-то из слуг не выплеснул на него воду из кувшина. В зале вновь поднялся шум. Удивленные господа в растерянности следили за происходящим, испытывая и гнев, и недоумение одновременно.
- Нахти, она твоя! – закричал он. – Но ты должен ее наказать. Она...
-Высечь ее! – крикнула какая-то женщина.
- Справедливости, Нахти! – потребовал какой-то мужчина.
Ильнес недоверчиво смотрел на оскорбленную ведьму, мысленно поощряя ее действия. Он ценил бесстрашных, однако теперь ее могли засечь на смерть. Если же нет, эльф пообещал себе помочь исцелить ее. Рейвен в тревоге обратился к Нефертари:
- Можно что-то сделать, чтобы ее не били?
- А что ты сделаешь? – вмешался рыжеволосый, весело хохотнув. – Думаешь, она первая, кого тут секут за проявление характера? Став полосатой, эта бестия сразу научится кроткости.
- Кто-то до сих пор не научился, - усмехнулась египтянка. – Она атаковала господина, пусть получает. Не только же мне отдуваться.
Видя, что происходит вокруг, Нахти поднялся, и в зале разом воцарилось молчание.
- Я принимаю твою просьбу, Мхотеп. Принимаю волю народа. Нефертари, я плачу тебе двумя быками, чтобы Алоли объяснила рабыне, как себя нужно вести с господами.
- Принимаю, создатель, - ответила Нефертари.
Услышав это, Ларсен увидел, как изменился взгляд Лилит. Они все видели Алоли в действии, и, повинуясь порыву, капитан вскочил на ноги:
- Стойте! Вы что, не слышали, что она сказала? Она скорее умрёт, чем позволит вам сделать с собой то, что вы задумали! Но она не умрёт одна, а потянет за собой остальных. Вы хотите мести, господин Мхотеп. Это ваше право! Но я - капитан этой команды и готов ответить за всех своих ребят. Не троньте девушку. Хотите мстить - мстите мне.
III
Слушаюсь и повинуюсь
То, что сейчас творилось в зале, напоминало какой-то дурацкий сон, от которого хотелось проснуться. Господа выкрикивали гневные слова в адрес непокорной Лилит, но, когда Ингемар выразил желание отвечать за тех, кого назвал своей командой, послышался удивленный шепот. Дмитрий смотрел на Ингемара с долей понимания, однако он сам не был уверен, что смог бы лечь под плеть за глупость своих подчиненных. Да, Лилит – женщина, да, ее нужно оберегать, но в данном случае она сама своей дерзостью спровоцировала случившееся. Быть может, удастся заглянуть в глаза «палачу», чтобы она смягчила свой удар. Это единственное, что мог сделать Лесков в данном случае. Толстяка уже уводили, чтобы оказать медицинскую помощь, и Дмитрий не успел внушить ему какой-нибудь вопль вроде: «Ай, ладно, прощаю! Я добрый!» К тому же, все остальные были слишком разъяренными.
