Утро графини ди Левильо началось с того, как чья-то рука грубо схватила ее за плечо и так тряхнула, что Лилит едва не вскрикнула. Спросонья она со всей силы вонзила ногти в запястье наглого раба, но уже через миг нервно сглотнула, осознав, что над ней склонился сам Косэй.
- Еще раз поцарапаешь, отрежу пальцы, - произнес он. – Вставай, или уже возомнила себя госпожой, которая вечно спит до полудня? Не знаю, кем ты была в прошлой жизни - мне на это откровенно плевать, но здесь ты вещь, и когда вещь будят, она немедленно просыпается. На, выпей вот это?
- Что это? – графиня с опаской посмотрела на протянутый пузырёк.
- Не хочешь, не надо, - сквозь зубы процедил Косэй, после чего швырнул пузырек о стену, и тот разбился, пачкая пол какой-то коричневатой жидкостью. В комнате сильно запахло то ли валерьянкой, то ли имбирем.
Лилит ожидала, что следом этот варвар ударит ее, но, вместо этого, Косэй рывком поднял девушку на ноги и потащил за собой. В этот миг графиня почувствовала, как ее охватывает злость. Будь при ней ее способности, этот мерзавец уже давно кричал от боли, умоляя снять с него проклятье. Но она была беспомощна. Те жалкие крохи, которые восстановились за ночь, могли убить разве что таракана.
В другой комнате кто-то не менее грубо растолкал спящего Ингемара. Когда капитан приоткрыл глаза, то обнаружил, что головка Эрби больше не покоится на его груди, и это чертовски встревожило мужчину.
- Где она? – резко произнес он, поднимаясь с постели. Его взгляд скользнул по равнодушному лицу синеглазого мужчины, а затем переместился на строгое лицо его спутницы. – Я спрашиваю, куда увели девушку, что была заперта со мной?
- Ее готовят к арене, - спокойно ответила Кайтана. – Теперь она – такой же воин, как я и Сфинкс. Нахти желает, чтобы ты тоже принял участие в тренировке. Он еще не решил, выставлять ли тебя на арену, но считает, что будет неплохо, если ты будешь готов. Ну же, вещь, мы теряем время!
- Вы даже не дадите мне воды? – спросил Ларсен, чувствуя, что жажда скоро окончательно одолеет его. Даже есть не хотелось так сильно, как сделать глоток спасительной влаги. В тот же миг Сфинкс протянул ему пузырек с какой-то жидкостью.
- Что это? – Ларсен задал тот же вопрос, что и графиня, но в отличие от ведьмы, получил ответ на свой вопрос.
- Это восстанавливает силы, - терпеливо пояснила Кайтана. – Не заживляет раны, но помогает чувствовать себя в хорошей форме. Действует не на всех, но на тебя должно... Так сказал Всевидящий.
Несколько секунд капитан колебался, но, решив, что травить его может только Нахти, выпил содержимое. В тот же миг он почувствовал, как голод и жажда отступают, а его физическое состояние становится таким же, как после пробуждения на его собственном космическом лайнере.
«Неплохая вещица...» - довольно подумал Ингемар. Не видя иного выбора, он последовал за Сфинксом, надеясь, что в том месте, где тренируют воинов, он увидит Эрби. Затем его мысли обратились к графине Лилит. Спутница Сфинкса была более разговорчивой, да и изъяснялась понятнее, поэтому Ларсен решил узнать, что происходит с ведьмой.
- Господин проверит ее и решит, можно ли ей сражаться, - пояснила Кайтана.
- Она слишком слаба сейчас. Зачем выставлять на арену рабов, которые погибнут в первом же сражении? Неужели нельзя подождать до следующего раза, когда силы Лилит восстановятся?
- Вещь сама пожелала сражаться. Она сильна духом, а это – лучшее оружие в бою.
Ларсен мысленно выругался. Он изо всех сил пытался уберечь эту женщину от арены, а теперь выясняется, что Лилит сама вызвалась участвовать в боях. Гордость этой ведьмы не позволяла ей подчиняться даже несколько дней или, быть может, ее новый хозяин оказался настолько жестоким, что графиня пожелала немедленно встретить смерть с кинжалом в руке, нежели позже с цепью на шее...
Утро Ильнеса не сильно отличалось от того, как начался день Лилит и Ингемара. Разве что его не разбудили, а он сам проснулся, едва раб чуть приоткрыл дверь в его комнату. Человек с перепугу подскочил, почувствовав на себе пронзительный взгляд того, кого ему было велено разбудить.
- Тебе нужно поесть и немедленно отправляться в Пирамиду Воинов! – сообщил раб, поставив поднос с завтраком перед Ильнесом.
- Я не буду сегодня варить зелья? – в голосе эльфа послышалось и недоверие, и облегчение одновременно. – И кто же наконец открыл свой ясный разум и внял тому, о чем я твержу еще с самого начала? Какому пню в этом городе мне нужно поклониться?
В тот же миг Ильнес почувствовал себя несколько неловко. Внешность раба изменилась, и перед ним предстал Всевидящий.
- Вы? – только и смог произнести эльф. Он ни в коем случае не хотел оскорбить того, кто был к нему так добр, поэтому мысленно проклинал себя, на чем свет стоит.
- Я всегда приношу еду всем своим помощникам, - оракул мягко улыбнулся, с иронией отметив смущение Ильнеса. – Другое дело, что я не всегда пользуюсь своим обличьем. Это единственный способ узнать, что обо мне думает мое окружение.
