- Я вняла вашему совету, - холодно ответила графиня, медленно приближаясь к Эристелю. Теперь она чувствовала, что начинает злиться. Он был скован, беззащитен, но не напуган. И явно не испытывал вины. Лилит приблизилась к нему практически вплотную и очертила ласковым прикосновением его скулу.
- И кто из нас теперь марионетка, Эристель? – мягко произнесла она, глядя ему в глаза. Чувство власти над ним пьянило ее. Впервые за долгое время Лилит чувствовала себя такой свободной и независимой от него.
- Вам следует поблагодарить меня за усвоенный урок, - он вновь чуть заметно улыбнулся. В этот миг Лилит чуть приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его губам. Этот поцелуй был неправильным, горячим, рассыпающимся мурашками по коже. Графиня упивалась местью, лаская губы своего плененного врага.
- Я не благодарю вас, - тихо произнесла она, отстранившись. – Я с вами прощаюсь.
С этими словами она еще раз погладила Эристеля по лицу и направилась прочь. Она чувствовала, как он провожает её взглядом, но графиня сдержалась и не обернулась на него. Жаль, она не могла видеть выражения его лица. Но сердце ведьмы ликовало.
Когда Лилит скрылась из виду, спокойствие Эристеля мигом испарилось. Он до последнего рассчитывал на то, что эта девчонка в который раз даст слабину и поможет ему разрушить оковы. Но он просчитался. Он переоценил свое влияние на молодую ведьму, все это время воспринимая ее не иначе, чем слепую влюбленную дурочку. А теперь он сам оказался не лучше.
«Глупец!» - мрачно подумал он и с ненавистью дернул рукой, чтобы физическая боль его немного отрезвила. Цепи практически полностью вытянули у него лишнюю украденную силу, и тогда он решил предпринять последнюю попытку. Его мысли вернулись к женщине, которая сейчас лежала в одной постели с капитаном Ларсеном, нежно прижимаясь к его плечу. Силы капитана ему сейчас были, как мертвому припарка, поэтому вытягивать из него жизненную энергию было бессмысленно. Зато был смысл заняться второй участницей эксперимента. Заключая с Ингемаром договор, Эристель показал только одну сторону медали. Капитан получил отпечаток на своем плече в знак того, что некромант может в любую минуту потребовать у него оплаты. Вторая печать Обязанного находилась в глазу Эрби, которую могли видеть только они двое. Если бы у египтянки была возможность посмотреть на свое отражение, она бы ужаснулась. Закрыв глаза, некромант сконцентрировался на воспоминаниях об этой девушке. В этот миг Эрби перевернулась на другой бок, погруженная в спасительный сон, даже не подозревая, как стремительно из нее уходит жизнь. Ее тело стало холодным, кожа начала твердеть, пока тело девушки не обратилось в камень, покрытый глубокими трещинами. В этот миг ненавистные цепи начали медленно плавиться. Эристелю оставалось надеяться только на то, что сейчас к нему никто не войдет и не поднимет ненужный шум.
«Ну, давай же... Давай!» - думал он, пристально глядя на то, как медленно разрушается цепь. Впервые ожидание показалось некроманту столь невыносимым. А ведь он привык ждать. Всегда ждал нужного момента, когда атаковать врага. Всегда ждал мгновения, когда нужно было смешивать компоненты для зелья. Ждал, когда очередное его творение откроет глаза и посмотрит на своего создателя. Впервые за его бессмертную жизнь у него не было времени.
«Быстрее!» - Эристель бросил взгляд на другую цепь, которая плавилась значительно медленнее.
Некромант вздрогнул от неожиданности, когда увидел мужчину, расположившегося в кресле, на котором еще недавно сидел Косэй. В руке он держал горящий череп, словно ему было любопытно, что за жидкость налита в его глазницы.
- Если ты мне скажешь, как тебе помочь ускорить процесс, я помогу. Но своей жизненной силы не дам, - голос Эрика Фостера прозвучал спокойно. Некромант замер, пристально глядя на своего неожиданного союзника.
- Если ты действительно хочешь мне помочь, что крайне сомнительно, не поднимай шум, - тихо ответил некромант.
- Может, и сомнительно, а, может, и не очень. В Питере мы с тобой не слишком подружились, но я закрою на это глаза. Я не буду поднимать шум, а ты, пока твои оковы не растаяли, ответь мне на пару вопросов. Думаю, лучше мы спокойно поговорим, чем будем друг на друга кричать.
Некромант усмехнулся.
«Превосходно. Сначала Лилит, теперь тот, кто так самонадеянно называет себя Призраком».
- Спрашивай.
Эрик довольно ухмыльнулся. Поставив череп на соседний стул, он откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на собеседника.
- Проклятье в этом городе... - начал он. - Ты что-то знаешь о том, как можно его снять? Тут слушок ходит, будто бы оно мешает нам переместиться, и только мертвец знает, как избавить нас от этой неприятности. Среди нас только ты настолько продвинут в данной сфере.
Бровь Эристеля раздраженно дернулась:
- Если бы я мог, то давно бы сделал это. Неужели ты полагаешь, что мне нравится это жалкое место? Мой расчет был на Францию.
