- Вы снова говорите непонятно! – воскликнула графиня.
- А, по-моему, очень понятно, - раздался насмешливый голос Фостера. Только сейчас Рейвен и Лилит заметили, что дверь в комнату приоткрылась, и на пороге стоит американец.
- Что вы тут...? – начала было графиня, но прервалась, заметив веселую улыбку на губах наемника.
- Я с самого начала «что вы тут», только не хотел прерывать ваш душещипательный диалог. Не каждый день принцесса жалуется дракону на то, что ее спасает рыцарь. Драма, достойная Оскара!
- Вы подслушивали? – графиня и смутилась, и рассердилась одновременно. – Впрочем, что ожидать от человека, у которого напрочь отсутствует честь!
Рейвен с легкой иронией наблюдал за разворачивающейся перебранкой. Лилит набросилась на незваного гостя, как ураган Катрина на хлипкий домик, но, в отличие от капитана Ларсена, Эрик совершенно не воспринимал сказанное ведьмой близко к сердцу.
- Я не собираюсь больше разговаривать с бесчестным человеком, - подытожила графиня и гордо отвернулась.
- Графиня, у меня есть честь, - виноватым голосом произнес Эрик. – Но представьте себя на моем месте. Представьте, что у вас есть туфельки. Красивые, расшитые бусинками, с бантиками, на каблучке. В общем, такие, как вы любите.
Графиня посмотрела на Эрика и вопросительно вскинула бровь.
- Эти туфельки очень модные. Все дамы пытаются ими красоваться. Но, когда вы их примеряете и делаете несколько шагов, у вас так начинают болеть ноги. Туфельки натирают в кровь! А ведь хочется носить их, на других же хорошо смотрятся. Но ужасно неудобно! Отвратительно! Хуже испанского сапога!
- Есть у меня такие, - фыркнула графиня. – Я не ношу их. Ну, или разве только на прием к королю. На обед, когда не нужно много ходить.
- Вот и я так же! – обрадовался Эрик. – Честь для меня – это те самые туфельки, которые неудобно носить. Поэтому я надеваю их исключительно на прием к королю. Но вы пока что графиня, а не королева...
- Вы невыносимы! – Лилит вновь рассердилась. Рейвен с трудом пытался не рассмеяться и сохранить каменное лицо.
- Бойтесь своих желаний, графиня, - с деланным спокойствием произнес он. – Вы были рассержены на галантного капитана, а теперь сердитесь...
- Боги, с вами невозможно находиться! Даже Косэй вызывает у меня больше симпатии, нежели вы все вместе взятые. Не спутники, а сплошное невезение!
С этими словами Лилит поднялась с места и быстрым шагом покинула комнату. Оба «дракона» переглянулись. Фостер весело ухмыльнулся, Рейвен чуть нахмурился.
- Ну? И с какой радости ты здесь? – вежливость мигом испарилась, и Харт заговорил со своим гостем совершенно другим тоном.
- Чего это она так воспевает своего господинчика? – полюбопытствовал Фостер, игнорируя заданный вопрос.
- Не знаю. С нее станется. Найдет социопата и тут же начинает взращивать в нем какой-то свой извращенный изюм. А потом удивляется, почему маньяк повел с ней себя нехорошо. Знаешь, есть такие женщины, которые переписываются с психопатами и ждут, когда они выйдут из тюрьмы...
- Она сама чокнутая, - усмехнулся Эрик. – Впервые вижу женщину, которая не тащится от своих спасителей. Даже Оксана запала на Ларсена.
- А наша французская башня неприступна... К делу, Фостер! Я сомневаюсь, что ты имеешь право прохлаждаться здесь.
- Если зачеркнуть последнее слово, то предложение будет верным. Меня временно освободили, и я наслаждаюсь жизнью.
- Как? – не поверил Рейвен.
- Сделал кое-что. Правда, теперь разгребаю. Ты чувствуешь в моей энергетике что-то странное?
- Я сейчас вообще ничего не чувствую. После той центрифуги, которую мне устроил Эристель, осталось только провернуть бережный отжим... А что случилось?
- Всё настолько дерьмово? – посочувствовал Эрик без особой правдоподобности. На деле Фостер был откровенно расстроен. Он ожидал, что, раз эльфийский медик и патологоанатом не говорят ничего конкретного, пора выходить из больнички и начинать посещать знахарей. Харт был тем, кто разбирался в энергетике, поэтому Фостер решил начать с него.
- Так что с твоей энергетикой? – насторожился Рейвен. – Только не говори, что ты вляпался...
В тот же миг полицейский прервался.
- Эрик... Твоя тень...
Фостер проследил взгляд собеседника и переменился в лице. Несмотря на то, что Эрик и Рейвен находились рядом, их тени падали в совершенно противоположные стороны.
XIX
Последняя попытка
