Большое зеленое яблоко прокатилось по полу и остановилось в центре коридора, словно желая дождаться того, кто его бросил. Несколько секунд Дмитрий не сводил с него глаз, а затем осторожно наступил на огромную каменную плиту. Мужчина чувствовал, как от волнения у него дрожат руки, а губы пересохли, но нужно было заставить себя двигаться дальше. Предыдущий коридор с трупом на стене, чье тело было насквозь пробито стрелами, не вдохновляло на опрометчивые поступки. Дмитрий успел сделать всего несколько шагов, когда услышал звук, напоминающий клацанье когтей по камням. Лесков попятился назад и завернул за угол, после чего снял с плеча лук. Проклятье, был бы пистолет, было бы куда проще.
То, что египтяне называли «охотником», показалось Дмитрию самым жутким и отвратительным из всего того, что он видел. Эти желтоватые твари чем-то напоминали ему «костяных», которые заполонили Петербург, но были куда омерзительнее.
Прижавшись к стене, Дмитрий вложил стрелу и замер, прислушиваясь, как тварь неспешно идет по коридору. Внушенное чувство страха внезапно заставило ее остановиться и замереть в нерешительности, однако убегать тварь даже и не думала. Чувство голода оказалось сильнее чувства самосохранения. Кровь, стекающая по стене из ран простреленного мертвеца, манила «охотника» полакомиться легкой добычей, и чудовище медленно двинулось вперед.
«Проклятье!» - в отчаянии подумал Дмитрий. Он слышал, как тварь приближается, но никак не мог заставить себя выглянуть из-за угла. Проклятый лук казался мужчине не лучше детской рогатки. Натянув тетиву, Лесков, затаив дыхание, ждал, когда тварь окажется совсем рядом, а затем шагнул из-за угла и выпустил стрелу. Он промахнулся.
Чудовище метнулось в сторону и, прижавшись к полу, хрипло зарычало. Вложить стрелу во второй раз Дмитрий уже не успел. «Охотник» бросился на него, и Лесков отчетливо увидел золотистые крапинки в бездне черных глаз существа. Мужчина почувствовал, как боль обожгла ему руку, когда острые когти глубоко вспороли кожу, а затем тварь отступила. Она легла на пол, не смея отвести глаз от янтарно-медных глаз Дмитрия.
- Проводишь меня до центра пирамиды, - хриплым голосом сказал Лесков, и тварь послушно поднялась с пола. Затем Дмитрий бросил взгляд на свою рану, с облегчением замечая, что чешуя уже покрыла порезы, препятствуя потери крови.
Ильнес в очередной раз выпустил стрелу, проверяя коридор на наличие ловушек. Стены не отреагировали на движущийся предмет, поэтому мужчина начал осторожно продвигаться вперед, используя лук, как посох. К темноте эльф уже более менее привык. Его острый слух позволял определять передвижение противников и благополучно с ними не сталкиваться. Сейчас Ильнес жаждал добраться только до центра пирамиды. Он не надеялся, что встретит своих спутников раньше, хотя в душе искренне желал этого. Их прежние конфликты под сводами пирамиды показались Ильнесу такими незначительными. Какая разница: эльфы, люди или драконы, когда за каждым углом подстерегает опасность. Хотя сейчас Ильнес осознал, что этой разницы нет и в мирное время. Властители мастерски натравливают одну расу на другую, зная, что таким образом удержатся на троне и пожнут золотой урожай, взращенный на чьей-то ненависти и распрях.
Ильнес уже миновал половину коридора и поднял с пола пущенную стрелу, как внезапно услышал легкий щелчок. Обычный человек никогда бы не различил этот звук, но для эльфа он был слишком заметен. В тот же миг Ильнес сорвался с места и бросился вперед. Для своего народа он был достаточно быстрым, однако не настолько, чтобы опередить ловушку. Железные стрелы возникли из неоткуда. Мужчина из последних сил достиг конца коридора, когда одна из стрел все-таки настигла свою жертву. Ильнес закричал от боли. Стрела вонзилась в его руку с такой силой, что отшвырнула эльфа к стене и буквально пригвоздила его к каменной поверхности. Затем из противоположной стены появилась еще одна стрела, которая вонзилась в руку Ильнеса чуть выше. Эльф невольно закрыл глаза, ожидая, что третья стрела поразит его в сердце, однако действие колдовства на этом закончилось. Открыв глаза, Ильнес понял, что его рука в двух местах прибита к стене. От боли у мужчины закружилась голова. Свободной рукой он ударил себя по щеке, пытаясь прийти в себя.
«Спокойно... Спокойно» - уговаривал он себя. Собравшись духом, Ильнес коснулся рукой ближайшей стрелы, обхватил ее и попытался вытащить. Но не тут-то было. Железо глубоко вошло в стену, не желая отпускать свою жертву. Стиснув зубы, чтобы не закричать от боли, Ильнес вновь попытался вырвать стрелу, но вскоре понял, что одному ему не выбраться.
Лилит плутала по коридорам, то и дело натыкаясь на погибших в ловушках. Она не была впечатлительной женщиной, но при виде убитых ей все же становилось не по себе. Где-то неподалеку сдвинулась стена, и графиня направилась туда. В тот же миг она увидела горящий факел, рядом с которым стояла молодая женщина. Услышав шаги, девушка обернулась и встретилась взглядом с Лилит.
