- Я хочу выжить - сказала она, обратившись к графине. – Я не собираюсь сражаться с тобой здесь, поэтому давай разойдемся каждый в свою сторону.
Графиня не сводила с нее пристального взгляда. Она прекрасно помнила слова Косэя, что доверять здесь можно только своим спутникам. Милосердие могло стать роковым. Впервые Лилит оказалась в столь сложной ситуации. С первого взгляда на египтянку она поняла, что девушка встревожена, хотя и настроена довольно решительно. Наверняка, она тоже понимает, что может случится сражение, и готова к этому.
- Иди, - сухо произнесла графиня.
Девушка кивнула. Чуть помедлив, она спросила:
- Ты уже видела «охотников»?
- Только их следы...
- Я видела. Они убили моего брата. Четверо. Они появляются сразу же, как только передвигаются стены. Не ходи на звук и тогда выживешь.
«Хороший совет», - усмехнулась графиня. «Вот только он не учитывает, что передвижение стен означает выход».
Вскоре девушка скрылась за поворотом, а Лилит осторожно направилась дальше. То, что египтянка взяла с собой факел, было глупостью, и француженка уже мысленно похоронила ее. Свернув в очередной коридор, графиня услышала, как одна из стен вновь сместилась. Она пошла на звук и вскоре наткнулась на тупик. Прежде, чем ведьма успела среагировать, за ее спиной выросла стена. Графиня в отчаянии ударила по каменной поверхности, понимая, что попала в ловушку. Она оказалась замурована в каменном кубе. В тот же миг девушка услышала над собой хруст и подняла голову. Песок посыпался ей на лицо, потолок дрогнул и начал опускаться.
– Нет! – прошептала Лилит. Она поспешно наколдовала черную субстанцию, которая должна была поглотить возникшую за ее спиной стену. Однако маслянистая масса беспомощно соскользнула с камня на пол, словно дождевая вода стекает с поверхности зонта.
Потолок неумолимо опускался. Тогда графиня попробовала применить заклинание разрушения и выбить проклятую стену. Для этого ей пришлось бы затратить немало сил, но выбора у нее не оставалось. Раздался громкий треск, но каменная преграда не разрушилась. На ней появилась лишь глубокая трещина, напоминающая своей формой улыбку на уродливых губах оракулов. Графиня подняла голову и увидела потолок уже в нескольких сантиметрах от своего лица. Опустившись на колени, она наколдовала защитный купол, надеясь удержать потолок до тех пор, пока она успеет разрушить стену. О сохранении сил ведьма больше не думала. Она повторила заклинание разрушения. Стена вновь задрожала, но не рассыпалась. В тот же миг графиня почувствовала, как потолок давит на купол и тихо вскрикнула, когда барьер разлетелся. Бледная, как полотно, она в ужасе смотрела на опускающийся потолок. Еще одно заклинание разрушения сорвалось с ее губ, и снова безрезультатно. Графиня все еще пыталась бороться с паникой, но мыслям все сложнее было концентрироваться на колдовстве.
- Ну же! – закричала Лилит, пытаясь в очередной раз разрушить стену. Но внезапно что-то над головой снова хрустнуло. Графиня услышала неприятное жужжание и заметила, как потолок несколько раз дрогнул, пытаясь опуститься ниже, и внезапно замер. Судорожно сглотнув, Лилит вновь произнесла заклинание, разрушающее стену, и наконец она поддалась. С диким грохотом камни разлетелись во все стороны, образуя проем. Кашляя от поднявшейся пыли, француженка выбралась наружу, чувствуя, как все ее тело колотит в нервном ознобе. Несколько секунд она смотрела на жуткую ловушку, в которой едва не погибла, после чего заметила открывшийся проход в том месте, где прежде она встретила египтянку. Лилит не знала, что заставило потолок остановиться, но почему-то ее догадки были связаны с капитаном Ларсеном. Возможно, он находился где-то рядом и пришел ей на помощь.
Лилит ошибалась. Ингемар находился в противоположной части пирамиды. С помощью телекинеза он активировал ловушку и, поднявшись в воздух, пролетел над открывшимся в полу проемом, дно которого было усеяно десятками торчащих копий. Опустившись на безопасную поверхность, капитан с облегчением вздохнул и направился дальше. За углом он столкнулся лицом к лицу с окровавленным воином.
- Тише, я тебе не угроза, - произнес Ларсен, заметив, как мужчина выставил вперед нож. – Ты и так на ногах еле держишься.
Ингемар с жалостью и досадой смотрел на раненого, злясь на этот проклятый мир, в котором так развлекаются. Этот человек мог иметь семью, друзей, какую-то работу или увлечение, а вместо этого должен был погибать на потеху толпы.
- Там, откуда я пришел, сплошные ловушки. Я активировал все, но пол может по-прежнему проваливаться, поэтому будь осторожнее.
Египтянин озадаченно посмотрел на Ларсена, затем кивнул и осторожно направился дальше. На миг он остановился и спросил:
- Ты видел «охотников»?
- Нет, - ответил капитан. – А ты?
- Нет. Это работа, - с досадой в голосе воин указал на глубокий порез в боку, - моей любимой женщины. Я убил ее собственными руками. В пирамиде люди теряют свое лицо. Остерегайся друзей. Пока что ты слишком добр, чтобы выйти отсюда живым.
