Влияют ли на наш способ восприятия времени те слова, которые мы используем? Психолог Даниэль Касасанто сравнил употребление метафор для времени как расстояния и времени как количества в четырех языках. В английском говорится о событии, занимающем длительное время (подразумевается расстояние), в то время как в греческом используется фраза, соотносимая с количеством. В испанском же, подразумевая длительность времени, говорят
Этот эксперимент может показаться неоднозначным, но что, если язык, на котором вы говорите, действительно влияет на способ обозначения связи между временем и пространством, тем самым меняя ваши суждения о скорости, расстоянии, объеме и длительности? Исследования в данной области начались недавно, но это не мешает нам строить предположения. Могут ли слова, которые мы используем, влиять на наше отношение ко времени как таковому?
Язык – не единственное свидетельство тому, что мы соотносим время с пространством. Да и не просто соотносим – время и пространство у нас смешиваются. Жан Пиаже, основоположник возрастной психологии, исследовал работу детского мозга в разные периоды развития ребенка. В одном эксперименте он использовал два паровоза на параллельных путях; паровозы двигались в течение одного и того же времени, но поскольку один шел быстрее, он останавливался чуть дальше другого. Маленькие дети твердили о том, что первый паровоз ехал дольше. Из чего Пиаже заключил: маленьким детям сложно делать различия между размером, соотносимым с временем, и размером, соотносимым с пространством. Оно и неудивительно – мозг ребенка еще развивается. Однако эксперименты Леры Бородицки говорят о том, что и взрослым в этом плане не намного легче.[62]
Мы хорошо оцениваем расстояние, однако это может исказить оценивание времени. Экран пересекают группы точек, причем, по мере движения расстояние между точками сокращается; под конец их движения нам кажется, что точки перемещаются быстрее, нежели в самом начале, когда расстояние между ними было максимальным. На самом деле их скорость на протяжении всего эксперимента не меняется. Нам трудно воспринять время правильно – в нашу оценку вмешиваются суждения о пространстве.
Нас, людей, можно назвать счастливыми обладателями сложно устроенного мозга, который способен не только совершать подсчеты в нескольких измерениях, но и осознавать при этом свои действия. Однако такая сложная организация мозга может сыграть с ним злую шутку. В нашем случае мозг «спотыкается» именно из-за того, что осознает связь между временем и пространством. «Больше» иногда означает «быстрее», но не всегда. Лев быстрее мыши, но пуля – еще быстрее. В повседневной жизни мы постоянно производим в уме вычисления, связанные со скоростью, временем и расстоянием, например, ловя мяч или переходя через дорогу. А поскольку эти понятия взаимосвязаны, нет ничего удивительного в том, что иногда они у нас в головах путаются. Покажите детям две лампочки и спросите, какая горела дольше – они выберут ту, что ярче. Покажите детям два игрушечных поезда в движении – они скажут, что быстрее едет тот, который больше. Дети усвоили понятие «самый большой», но часто применяют его не к месту. Это возвращает нас к теории, о которой я говорила в предыдущей главе: в нашем мозгу должна быть структура, обеспечивающая восприятие именно длительности, а не времени в целом. Повзрослев, мы делаем меньше подобных ошибок, однако остаточные перекрестные связи между пространством и временем нет-нет, да и дают о себе знать.
