В храме было тихо. У альковов тихо молилась парочка неофитов. Их бормотания бесстыдно просили удачи в охоте. Мышка подумал, что если Кехет действительно существует, то у нее нельзя ничего просить. Нужно красться в ее тени, став продолжением когтей и клюва, но стоит обратить на себя внимание — уничтожит, как блоху.
Луня он обнаружил, где и предполагал, у самой большой статуи. В руках у него было потемневшее от времени кадило, которое не источало дыма. Лунь сделал приглашающий жест и передал кадило в руки Мышки. Когда их пальцы соприкоснулись, парень ощутил невольный холодок. Словно по залу прошел сквозняк, но он точно знал, что это не так.
В кадиле оказалась кровь. Она была черной как смола и не сворачивалась. Жрец велел ему обойти все статуи и окропить их этой кровью. Когда парень мерно закачал рукой, наблюдая за тем, как темные струйки побежали по светлому камню, заполняя малейшие выщерблины, Лунь заговорил.
— Нас стало меньше, — сказал он. — Канюк считает, что пустующее место ментора достоин занять именно ты, несмотря на то, что твое обучение еще не окончено…. Наставник будет продвигать тебя, однако я хочу услышать твое мнение на этот счет.
Мышка нутром почуял, что сейчас важно сказать правильные слова. Он сосредоточился на движении гладких звеньев, зажатых в ладони, сделал вдох.
— На все воля Богини Убийств, — наконец ответил он. — Если она повелит, я стану ее смертоносным когтем.
Ответ, достойный религиозного фанатика. Изборожденное шрамами лицо слегка улыбнулось.
— Я долго наблюдал за тобой, — произнес жрец, шагая следом за Мышкой, переходящим от статуи к статуе. — Ты прилежен в работе, но не обладаешь религиозным рвением.
Черт! Старый фанатик словно видит его насквозь. Мышка поднял глаза на лицо статуи, потемневшее от кровоподтеков.
— Вы правы, я мало молюсь и хожу на мессы лишь за распитием жизни, — молодой убийца сделал шаг назад, провел взглядом по ощеренным лапам с острыми обсидиановыми когтями. — Я считаю, что нужно находиться в тени богини, а не на ее глазах.
— Мудро с твоей стороны., - Лунь встал за его плечом и тоже посмотрел на хищную птицедеву. — Хорошо, я приму такой ответ. Пожалуй… он мне даже нравится.
Мышка подавил в себе желание удивленно обернуться на жреца, но тот словно прочел его мысли.
— Знаю, кем ты меня считаешь. Однако ритуалы и формальности — всего лишь полезные инструменты. Например, это кадило ничего ровным счетом не значит. Я всего лишь хотел посмотреть, как ловко ты врешь и работаешь руками одновременно. Неплохо. Но те двое у стены наверняка решили, что это какой-то важный ритуал.
“Бессмысленно юлить”, - подумал Мышка и посмотрел жрецу прямо в бледные глаза.
— А теперь ты хочешь задать вопрос. Не стесняйся. Я даже отвечу на него.
Парень и правда хотел. Целое множество вопросов роилось в его голове, но он позволил себе лишь один:
— Отче, как вышло, то мы потерпели поражение?
Это вопрос, казалось, был под запретом. Даже менторы не могли ответить на него. Задавать его было страшно, еще страшней ждать ответа. Молчание повисло напряженной грозовой тучей. Лунь долго смотрел на аколита, не отрываясь и, казалось, не моргая. Мышка не смел отвести от него взгляда и мысленно изучил уже бледные вязи золотых узоров на коже, когда жрец, наконец, ответил:
— Самонадеянность — верный путь к погибели. Мы слишком долго жили среди людей и привыкли, что наши силы не имеют себе равных, а слабости известны лишь посвященным. Это было падение сильного и здорового человека, который просто не смотрел под ноги, споткнулся о камень и свернул себе шею. Кто мог такое предсказать? Никто. Возможно ли такое? Вполне.
— Нам противостоит кто-то, кто знает о наших слабостях? — осторожно уточнил Мышка.
— Они ждали нас. Развесили эквийских светлячков и били в колокол. Совпадение? Не думаю.
Эквийские светлячки! Мышка слышал об этих странных предметах из города Экве далеко-далеко, на самом севере Золотого Ока. Предметы, излучающие свет, что заставляю силу Кехет сходить с ума и рваться из-под контроля. Ему показалось жуткой и загадочной представившаяся картина: огромный северный город, освещенный сводящим с ума светом… А звон колокола причиняет невыносимую боль, словно из-под кожи прорастает острая сталь.
— Как вы думаете, кто они? — невольно спросил Мышка и тут же прикусил язык: неосмотрительно было задавать так много вопросов.
Однако жрец был в хорошем расположении духа.
— Не исключено, что город посетили эквийцы, — Лунь усмехнулся. — Персонажи сказок, злые колдуны и ведьмы из далекого прошлого. Они почти не покидают родных краев, предпочитая изоляцию. Немудрено, что в Ильфесе давно позабыли об их существовании. Однако волшебники способно серьезно нарушить баланс сил в регионе. Видишь ли, в этих краях им нечего противопоставить. И у них, как назло, есть острый зуб на тех, кто пользуется силой Кехет.
“Что же мы будем делать?” — невольно подумал Мышка, и Лунь ответил на невысказанный вопрос, окончательно убедив парня, что читает мысли: