Исход (Том 1) полностью

— Есть здесь кто-нибудь? — позвал Ларри, и звук собственного голоса испугал его. Он потянулся за своей двустволкой и долго, чувствуя, как его охватывает все возрастающая паника, не мог найти ее. А когда нашел, то не раздумывая нажал курок, точно так же как человек, тонущий в океане, хватается за брошенный спасательный круг. Если бы оружие не было на предохранителе, он бы выстрелил. Возможно, в себя.

Что-то находилось в этой тишине. Ларри был уверен в этом. Возможно, человек, а может быть, и огромный, опасный зверь. Конечно, человек тоже мог оказаться опасным. Человек вроде того, который нанес многочисленные раны несчастному Призывающему чудовищ, или наподобие Джона Бирсфорда Типтона, предложившего Ларри миллион за пользование его женщиной.

— Кто здесь?

В рюкзаке у него был фонарик, но, чтобы отыскать его, ему придется выпустить из рук винтовку. Кроме того… действительно ли он хотел увидеть, кто это был? Поэтому он просто сидел, ожидая повторения движения или звука (был ли это звук, или ему просто что-то приснилось?), через некоторое время стал задремывать, а потом заснул.

Внезапно голова его дернулась, глаза открылись, по телу пробежала дрожь. Теперь действительно раздался звук, и если бы ночь была безоблачной, луна, почти полная, осветила бы ему… Но он не хотел видеть. Он вполне определенно не хотел видеть. И все же он потянулся вперед, склонив голову и прислушиваясь к глухому постукиванию ботинок, уходящих по Мейн-стрит, Брэттлборо, штат Вермонт, направляющихся на запад. Звук затихал, пока полностью не растворился в ночных шорохах.

Внезапно Ларри почувствовал безумное желание встать, сбрасывая спальный мешок к ногам, и крикнуть: «Вернись, кто бы ты ни был! Мне это не важно! Вернись!». Но хотел ли он на самом деле дать такой шанс этому Кому-то? Оркестровая раковина усилила бы его голос — его призыв. А что, если бы эти шаги и на самом деле вернулись, разрывая тишину и спокойствие, не нарушаемое даже стрекотом кузнечиков? Но вместо того чтобы встать, Ларри улегся поудобнее, свернувшись клубочком, обнимая руками винтовку. «Сегодня ночью я больше не усну», — подумал он, но минуты через три уже крепко спал, а проснувшись утром, был вполне уверен, что все это ему просто приснилось.

Пока Ларри Андервуд наслаждался своим праздничным фейерверком в соседнем штате, Стюарт Редмен, сидя на большом камне у обочины дороги, завтракал. Вдалеке послышался рокот приближающихся моторов. Стью допил банку пива одним глотком и аккуратно завернул в прозрачную бумагу крекеры «Ритц». Его ружье, прислоненное к камню, стояло рядом. Стью взял ружье, снял с предохранителя, затем снова поставил его, немного поближе к руке. Едут на мотоциклах, судя по звуку, на не очень мощных. В этой звенящей, всеобъемлющей тишине невозможно было определить расстояние. Милях в десяти, возможно, но только возможно. Достаточно времени, чтобы закончить завтрак, но есть ему расхотелось. Солнышко пригревало, и мысль о встрече с дружественными созданиями радовала. Он не видел живых людей с тех пор, как ушел из дома Глена Бейтмена в Вудсвилле. Стью снова взглянул на ружье. Он снял его с предохранителя, потому что дружественные создания могли оказаться похожими на Элдера. Но он оставил ружье рядом с камнем, так как надеялся, что все-таки они будут похожи на Бейтмена — только не окажутся такими пессимистами во взглядах на будущее. «Общество воссоздастся, — сказал Бейтмен. — Заметьте, я не употребил слово «реформируется». Это ужасный каламбур. В человеческой расе слишком мало места для изменений».

Но сам Бейтмен не хотел стоять у основания воссоздания общества. Он казался вполне удовлетворенным — по крайней мере, в настоящее время: ему нравилось гулять с собакой, рисовать свои картины, возиться в саду и размышлять о социологическом разветвлении, почти полном опустошении.