Искра полностью

Распахнутую дверь впереди она и Алекс увидели одновременно. Александр ускорил шаг, почти побежал, догоняя и обгоняя ее в узком проходе. Резко остановился. Темный бархатный плащ вдруг оказался так близко, что я почти что уткнулась в мягкую ткань. Ладонь Райдера исчезла с моего рта и нырнула в чернильную тень капюшона за миг до того, как незваная гостья ступила на порог моей спальни.

Послышался вздох. Вертикальные щели зрачков пропали — она моргнула — и снова загорелись зеленым. Женщина досадливо коснулась лица, словно…

…снимая паутину.

Комната была заброшенной, как весь этот дом, держащийся лишь на заклятиях и истинно валлийском упрямстве. И если на первом этаже еще чувствовалось присутствие слуг, то на второй никто не поднимался много недель — на полу, рассыпаясь, шелестели наметенные листья, рамы рассохлись, а пыльные гобелены обвисли. И все же…

Все же весной здесь кто-то жил.

Женщина.

Мэри-Агнесс задумчиво потерла висок, отмечая забытую шаль, укутанное тенетами кресло, тусклую жаровню, засохшие в вазе цветы на трюмо и разворошенную, будто на ней дрались, кровать. Скрипящий встроенный шкаф был доверху забит лентами, тканями, тонким бельем и летними платьями. Тафта, шифон, хлопок, лен, легкий шелк, — сдвигала вешалки Мэри. — Серый, песочный, каштановый, теплый оливковый. Неожиданно терракотовый и легкомысленно-желтый — такое наденет либо молодящаяся леди, либо совсем юная девушка. Невысокая, — вытащила Мэри розовый наряд, — очень стройная. Судя по подбору цветов, вполне возможно, что рыжая.

Как и говорила Шелл Уилбер.

Бледная от ненависти makada не только подробно описала девицу, представляющую интерес для герцога Райдера, но и показала ее Королеве, позволив заглянуть в осенние воспоминания: «Грязная. Худая. Вульгарная, такие нравятся мужчинам. Я думала, мой брат привез ее для себя, но ошиблась».

— Вы уверены, что Шон Уилбер переправил эту женщину в Уэльс? — Слова Королевы падали на пол, как кубики льда.

— Да, мадам, — подняла голову стоящая на коленях makada.

— Мы благодарим вас за преданность Короне, мисс Уилбер. Можете идти, — ровно сказала леди Элизабет. Откинулась в кресле, погладила лакированные подлокотники и вдруг стиснула их так, что мореный дуб взорвался мелкой щепой: — Значит, десятая степень потенциала, Дадли?! Проснувшийся родовой дар?!.. Я создала его, Сесил?! Этот щенок врал мне уже зимой!

Далекие голоса Советников слились в невнятный гул, оборванный хлестким «Довольно!»

— Мэри! — позвала Королева. — Мэри, Мэри, Мэри, дорогая моя Мэри, — улыбнулась она своей бессменной фрейлине. — Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала. Отправляйся в Дрэгон Хиллс и проверь, кто еще, кроме слуг, живет в поместье Александра Райдера. Если этим кем-то окажется рыжеволосая особа, приведи ее ко мне, я хочу с ней познакомиться. Ты справишься?

— Да, Ваше Величество.

— Сегодня же. После полуночи Финварра спустит туманы.

Туман и скрывшие ее вторжение призраки перешептывались в коридоре, не осмеливаясь приблизиться к опутанной драконьими плетениями спальне: решетки на окнах, сторожевые нити вдоль стен, запечатанное зеркало — незаметная, но очень крепкая защита. Или клетка, если активировать узлы, — нахмурилась Мэри-Агнесс.

…пустая.

И замок поцарапан, — присела она перед дверью. — Спальню покидали второпях, оставив не только одежду, но и украшения — рассыпанные серебряные шпильки тускло блестели под пылью. А слуги сохранили все, как есть, до приезда хозяина.

Где же девушка? Заперта в другом доме, где ей приготовили новый гардероб?

Мертва?

Похищена?

Или просто сбежала?

Наши движения были похожи на гротескное танго: одна рука Александра на виске незнакомки, другая удерживает меня на весу, не позволяя коснуться скрипящих половиц. Ее шаг — и следом шагает Алекс. Синхронный поворот, когда она внимательно осматривает комнату. Долгая пауза у открытого шкафа. Снова шаг в шаг, обратно ко входу. Бархатный плащ, остро пахнущий морем и ладаном, лег пышными складками, когда женщина опустилась на корточки перед дверью. Длинный черный коготь обвел замочную скважину, звонко царапнул позеленевшую бронзу. Незнакомка покосилась через плечо на мятую постель, на кресло с молитвенником, поднявшись, обыскала ящики трюмо и растворилась в коридоре.

— Все?.. — одними губами спросила я.

Маг покачал головой, как ребенка, посадил меня на сгиб руки — «Держись» — и внес в туман. Сквозь клубящуюся серую мглу я скорее догадалась, чем увидела, что женщина идет к спальне Райдера.

…там же топаз!

— Мадам, вы должны это видеть!

Лежащий на столе камень горел, будто вобрал в себя солнце. Яркие лучи скользили по стенам, играли на тяжелой полированной мебели, множились в зеркале и серебре канделябров. Стоило вскрыть двери, и пульсирующее сияние окатило Мэри-Агнесс с головой; сопровождавшие ее призраки, взвыв, метнулись вглубь дома.