Артефакт завораживал.
Желтый топаз величиной в пол ладони сам по себе был сокровищем, но с драконьими заклятиями он стал бесценен. Концентрированная магия золотыми пылинками вращалась в толще подвески, билась о грани, текла по узорной цепочке, заставляя дрожать и вибрировать звенья. Защита, восстановление, регенерация, отражение атаки, маяк, короткое увеличение скорости и выносливости — владелец камня выбрался бы невредимым не только из гущи сражения, но даже из озера лавы. Восхищенно разбирая плетения, Мэри-Агнесс не сразу заметила индивидуальную настройку артефакта и то, что лист бумаги под ним испещрен выгоревшими от света буквами.
…все-таки сбежала.
Мэри подцепила бумагу ногтями, не касаясь топаза, вытащила письмо из-под подвески. Карандашные строки поблекли, в середине и вовсе пропали, но некоторые слова еще можно было прочесть:
«Уезжаю не прощаясь».
Герцогу Райдеру дала отставку любовница, кто бы мог подумать! — Мэри тихо фыркнула, но посмотрев на топаз, снова стала серьезной. — Из-за чего бы ни случилась размолвка, рыжеволосую соперницу Шелл необходимо найти. Женщину, которой Дракон готов дарить
На границе сознания одобрительно кивнула Королева.
Гончая Ее Величества стряхнула свои отпечатки с письма, вернула его на место, следя, чтобы выжженные участки совпали с направлением лучей — артефакт не только уничтожил буквы, но и выбелил бумагу, оставив на ней тонкие светлые линии от центра к краям.
…как шрамы Шелл Уилбер.
Сколь же обманчива внешность детей Триединого, — отряхнула ладони Мэри-Агнесс. — Никогда не поймешь, кто есть кто: лэрд, которым пугали детей Высокогорья, может оказаться терпеливым и любящим мужем, герцог-гордость Альбиона способным сжечь лицо своей невесте, а юноша с мечтательными глазами поэта — написать гнусный пасквиль, с трудом поместившийся в его глотке.
Щурясь от сияния топаза, я смотрела, как женщина в плаще с низко опущенным капюшоном водит руками над подвеской, как читает мое письмо и делает книксен в пустоту. Остро заточенные когти ловко протолкнули бумагу под камень. Незнакомка выпрямилась, запахнула плащ, став похожей на длинную черную спицу, и осыпалась клоками тумана; подхваченные сквозняком сизые сгустки выплыли в коридор и пропали.
А топаз потух. После его слепящего желтого света хлынувшая в окна ночь показалась непроглядной.
— Ушла. Больше не появится. — Александр спустил меня на пол, поцеловал в макушку. — Испугалась?
Я кивнула, чувствуя, как все еще дрожат и подгибаются ноги.
— Что… кто это был? — глухо спросила я, уткнувшись в куртку Райдера. Пальцы свело, выпустить стеганую ткань не получалось.
— Одна из фрейлин моей тетушки.
— Что ей было нужно?
— Ты.
— Зачем?! — Я вскинула голову, но лица мага не увидела — были только алые огоньки наверху. И тяжелые руки, гладящие меня по спине.
Письмо на столе вдруг вспыхнуло и рассыпалось пеплом.
— Ее Величество изволили вбить себе в голову, что я хочу Трон, — обнял меня Александр. — Выкрав тебя, она сможет держать меня на коротком поводке. …Но я тебя не отдам, помнишь? Ни гвиллион, ни Арчеру, ни Королеве.
…только Уилберу.
…пока сам он с мисс Шелл.
Я всхлипнула и уперлась в плечи Райдера:
— Отпусти!