Скорее всего так, просто место для каких-то общих праздников и сборов. Митинг провести, с коляской погулять, палатку на праздник поставить. Здесь же наверняка планировали через пару недель елку к Новому году поставить… Но раз уж мы в военной части, то пусть это будет плацем.
Или всё таки площадью?
Впереди меня возвышалась громада того самого клуба, за колоннами которого совсем недавно прятался Ледовский, справа и слева виднелись четырехэтажные дома, похожие на жилые. Что примечательно, на улице темно, а света в окнах нет. Судя по всему, всё местное население здесь, на плацу. Интересно, они сами пришли или их принудительно собрали? Стоят, гудят что-то… Ну точно как дети на утреннике вокруг ёлки.
Правда пока что вместо ёлки стоял я, вернее этот самый деревянный щит со мной, голым и красивым. Шагах в десяти от меня суетилась компания одинаковых, будто клонированных, молодых парней, пытавшаяся установить какое-то сооружение. Из-за привязанной головы и неясного света факелов в сумерках я никак не мог рассмотреть, что же это такое. Впрочем, судя по доносившимся крепким словечкам, это что-то тяжелое и неудобное.
Раздалось громкое молодецкое уханье и я понял, что именно делали одинаковые ребята. Они устанавливали идола!
Интересно, какому именно божеству посвящено это сооружение? Неужели и правда Велесу? Мне было стыдно признать, что я совсем не представляю, как должен выглядеть покровитель всех оборотней. В памяти упорно не хотело всплывать никакого образа, только прозвище «Скотий бог». А почему скотий?
Стыдно то как!
Тем временем, мне показалось, что людей на плацу, как будто бы, стало больше. Вокруг меня и идола на почтительном, метров в двадцать, расстоянии столпилось огромное количество людей. Я даже примерно не мог прикинуть, сколько их здесь, но явно не меньше нескольких сотен.
Наверное, это и были те самые жители военного городка, о которых так сильно переживал Эдик. Я заметил женщин с детьми на руках, подростков и стариков. Мужчин, скажем так, военнобязанного, от двадцати до пятидесяти лет, возраста, за исключением подручных майора, в зоне видимости почему-то не наблюдалось. Этих то гавриков ни с кем не перепутаешь. Одинаковые берцы, камуфляжные штаны и голый торс выше пояса. Стрижка ежиком, морда кирпичом. А вот нормальных мужиков не было. Неужели Ледовский их всех убил?
Не знаю, как именно так получилось, но два фонаря неподалёку от меня создавали неровный круг света, внутри которого были я, Ледовский и несколько молодых парней с охапками самодельных факелов.
Все остальные стояли в тени, как будто не желали показываться на глаза. Масса людей, плохо видимая в полумраке, превращалась какое-то бесформенное большое существо. Я слышал многоголосое дыхание, перешептывания, какие-то резкие, больше похожие на команды, крики в отдалении, но мог видеть только первые ряды.
Где же действительно все мужчины? В конце концов, в части должны были быть ещё военнослужащие, кроме оборотней.
Я попытался покрутить плотно примотанной головой, чтобы рассмотреть собравшихся за границей света людей получше, но майор расценил моё движение по своему.
— Что ты так извиваешься, Винокуров? Серебро жжется?
Серебро? А-а-а, наверное, меня примотали к щиту веревкой из этого материала. Я чуть было самодовольно не ляпнул, что со мной такие фокусы не работают, но к счастью сумел захлопнуть уже открывшийся рот вовремя. Время для таких откровений пока не наступило.
Вместо этого я постарался выдавить из себя смех.
— Да вот смотрю, сколько ты народу собрал для представления! Боишься меня? Без поддержки не получается?
Ледовский в ответ только расхохотался. Правда, в отличие от меня он смеялся искренне, снова обретя уверенность в себе и почувствовав твёрдую почву под ногами.
— Ты слишком много о себе воображаешь, Андрей, — майор оскалился и оглянулся по сторонам. — Я уважаю твою выдержку и попытки улыбаться перед лицом смерти, но ты не понял главного. Это не группа поддержки. Это бойцы моей будущей армии.
— Наверное, я и правда после снотворного ничего не понимаю, — скривился я в презрительной усмешке. — Сказки про Чёрного Властелина уже давно вышли из моды. Да и что ты можешь сделать, даже если эта кучка испуганных людей признаёт тебя своим господином?
— Не-е-е-т, — теперь улыбка Ледовского начала напоминать откровенный оскал. — Это они пока люди. Но сегодня им всем предстоит обратиться в оборотней, которые под моим руководством смогут вершить самые великие дела. Я предлагал тебе дружбу, стать моим соратником и другом, но ты нагло обманул меня. Подобные вещи ни у кого не остаются безнаказанными.
Я открыл было рот, чтобы сказать пару слов в свою защиту, но затем понял полную бесполезность своих намерений. Сомневаюсь, что Ледовский решит поменять своё решение, если вдруг даже и прислушается к моим оправданиям. Другой вопрос, что именно он собирается со мной сделать.
