— Я буду на празднике Провинций.
— Придешь? Правда? — обрадовалась я.
— Да. Твой отец меня пригласил. Хочет поговорить о чем-то.
— И мы будем танцевать? Открыто, никого не таясь?
— Мы будем танцевать.
— Но как я тебя узнаю? Ведь это магия. Уверена, ты найдешь меня, даже если на мне используют всю магию в мире, но я не такая сильная.
— Ты хочешь знака?
— Да, чего-то такого, чтобы сразу все понять.
— Хорошо. Я скажу: как ты прекрасна в этом платье, какое бы оно не было, поцелую твою руку, затянутую в перчатку и приглашу на танец.
— А что будет дальше?
— Дальше ты с радостью согласишься и вложишь свою руку в мою.
— А ты?
— Я крепко сожму ее, прошепчу, что хотел бы целовать каждый твой пальчик, ты смутишься, щечки твои покраснеют, и ты ответишь, что это ужасно неприлично целовать чужую невесту на глазах у всех.
— А что ответишь ты?
— Что так и да, чужую неприлично, но я имею право целовать свою.
— И ты меня поцелуешь?
— На глазах у всех.
— И расскажешь наконец о контракте?
— И украду тебя на всю ночь.
— И я позволю себя украсть.
— Я знаю, — прошептал он и в последний раз поцеловал меня.
Возвращалась я через другое зеркало, то, что в коридоре висело. Инар, как всегда все предусмотрел. Если бы вернулась, как ушла, пришлось бы долго объясняться с той толпой народа, что оккупировала нашу спальню. Нариэль с Тарой и Эвой обещали установить на нашей комнате защиту, и сейчас активно этим занимались, Тея и Касс были на подхвате, ледь Лисон и ее подружки-подпевалы где-то пропадали, как и Самира, с которой мне срочно нужно было поговорить. Но прежде я хотела выяснить, узнала ли Касс что-то о проблеме Сэм в старых школьных архивах.
— Нет, — с сожалением ответила подруга. — Да я и не надеялась, а ты? Что-то узнала?
Узнала, и ответы Инара лично мне не понравились. Да, Нариэль не лгала о своих силах. Он специально, чтобы выяснить связался с ее родителями. Они несознательно, но скрыли это от него, и даже оплатили для дочери личную охрану, не столько для ее защиты, а чтобы она никому не навредила. И да, дэйвы с ее силами, в самом деле, забирали магию у дэйв и полукровок, вот только она не знала, что дальше случалось с этими несчастными. Нет, они не умирали, но… магия — это часть нас, свойство крови, природа, основа жизни, и если ее забрать, то организм ослабнет, не только физически, но и умственно. Потеряется что-то важное, необходимое, то, что делает нас нами. И как объяснить это Самире, я не знаю. Она упрямая, пойдет напролом, лишь бы добиться своего, не считаясь с последствиями, которые могут быть очень страшными. Оставалась призрачная, почти нереальная надежда, что королева сможет помочь дочери.
Когда после получаса ожиданий в дверь постучали, я решила, что это Самира, даже не озадачившись вопросом: а зачем ей, собственно, стучать? Но поздно, я открыла, и на пороге стояла вовсе не Самира, а какая-то девица, пышущая праведным гневом. Она же и кинула мне в лицо черный конверт.
— Не поняла, — опешила я, когда та фыркнула и гордо ушла. Похлопав с недоумением глазами, я подняла упавшую бумагу и запоздало сообразила, что точно такие же конверты видела утром. Открыв его, поняла, что не ошиблась. Внутри лежала записка с моим именем, датой и временем, когда какая-то Эмиральда Остин вызвала меня на поединок.
— Они совсем ополоумели, — простонала я. — Я знать не знаю эту девицу, а она меня вызывает.
Смирившись с неизбежным, я бросила конверт на стол и постаралась выкинуть из головы досадное происшествие, сосредоточившись на помощи подругам. Но не тут-то было. Через десять минут кто-то снова постучал. На этот раз дверь пошла открывать Тея, а вернулась, держа в руках идентичный предыдущему черный конверт. Существовала призрачная надежда, что все же не для меня, но она умерла, когда подруга протянула его мне.
— Просили передать.
Вайнона Рейер. У этой незнакомой мне девицы тоже оказались ко мне претензии. И еще у одной, и еще, и еще… К тому моменту, как подруги создали все-таки защитный барьер, на столе валялись уже семь черных конвертов. Я долго их гипнотизировала, пока не осознала со всей отчетливостью, что если так все и оставить, то до конца практики точно не доживу. Эти девицы меня раньше Экхара достанут. А значит, надо что-то делать. Потому я резко встала и посмотрела на Касс.
— Ты, идешь со мной. Пора прекратить все это безобразие.
И мы вместе, на пару отправились к Экхару просить кровушки.
К нашему общему удивлению, женишок не отдыхал после не легкого учебного дня, он выдворял из своей спальни какую-то рыдающую, полуголую девицу. Девица не выдворялась и продолжала рыдать, цепляясь за его шею.
— Но милый, я так тебя люблю, ты будешь очень счастлив со мной, — стенала девица.
— У меня есть невеста, — напомнил ей женишок, а та зашипела, как дикая кошка и заявила:
— Скоро ее не будет. Никаких помех не будет. Я их всех уничтожу, слышишь, всех.
С этими словами девица отцепилась наконец от женишка и неожиданно для нас с Касс растворилась в пространстве там, где стояла.
— Дар перемещений, — пояснила восхищенная подруга. — У Айлины он самый мощный.
