Окрик Эдама разметал пелену, в которую я успела мысленно погрузиться. Я открыла глаза, чтобы увидеть, как вместо янтарных капель лечебной магии рану затягивают чёрные нити. Они причиняли Эдаму страдания. Командор скрипел зубами и кривился, теряя свою броскую красоту.
Снова спасительный дар Себастиана поступил по-своему. Я намеренно отвела взгляд от кольца, чтобы не выдать себя. Простая безделушка на моей руке не должна вызвать подозрений.
— Я всё исправлю, — прошептала я. — Немного напутала с заклинанием.
Кларисса задумчиво наблюдала за нами. Её будто совсем не трогали мучения любовника, а внимание было настороженным и опасным. Я испугалась, что она поймёт, откуда я беру силу иной магии.
Герцогиня поймала мою руку, поднятую к лицу Эдама, с силой сжала кисть.
— Ты что-то задумала, мерзавка! — тихо, но чётко проговорила она. — Наш договор действует. Твоя покорность взамен жизни отца и благополучия семьи.
— Я помню, — ответила я, глядя Клариссе в глаза, и перевела взгляд на её аккуратные тонкие пальцы, впившиеся в меня. — Поток магии очень чувствителен к ощущениям в руках. Небольшая боль или синяки нарушат работу заклинаний.
Она отстранилась.
— Ты хитрая птаха, Доротея Идрис, но меня тебе не переиграть.
Я поборола смятение и вернулась к лечению раны Эдама. На этот раз всё получилось само собой. Янтарные капли магии растеклись по разрывам, очистили их от тонкой паутинки проклятия, оставленного моим гневом и силой кольца Тиана. Злое семя не успело укрепиться в теле командора и легко поддалось исцелению.
«Следует быть осторожнее. Клариссе не понравится, что помощница умеет не только заживлять болячки, но и калечить» — устало подумала я.
Осматривая получившийся шрам, я испытала удовольствие от работы. Герата научила меня различать подживающие раны и те, что сжирают жизненные силы. Нахалу нечего было опасаться.
— Иди в спальню и жди меня там, — приказала Кларисса любовнику.
Эдам кинул на меня мрачный взгляд и, сутулясь, зашагал к особняку. Уверена, что ему предстоял неприятный разговор с хозяйкой.
— Ты хорошо справляешься, — свысока сказала эрри Уикфил и медленно провела сложенным хлыстом по моей щеке. — Только не думай, что успехи в колдовстве делают тебя особенной. Ты проявила самовольство и будешь наказана.
Я не понимала, чем она недовольна. Моя работа выполнена, и выполнена отлично! Или это кара за испорченную игрушку герцогини? На голове и лице Эдама остался небольшой шрам, но и он вскоре исчезнет.
— Иди за мной, Тея.
Возле дома мы встретили Фанни. Служанка, низко опустив голову, замерла перед госпожой, но я успела увидеть беспокойство и сочувствие в её глазах-вишенках. Фанни знала, куда и зачем меня ведут.
«Я покажу, как наказываю прислугу», — так говорила герцогиня.
Для неё я была не более чем рабыня, проявившая непозволенную дерзость.
— Забери накидку у эрри Доротеи, — бросила Кларисса.
Не короткий миг я потеряла способность соображать, мир затуманился, во рту пересохло. Я не представляла, что задумала герцогиня. Оставшись без тёплой накидки, я обхватила плечи руками. Холодный ветер погнал сухую листву по двору. Я снова ощутила себя идущей по галерее Каменного Клыка, но в конце пути меня никто не ждал.
— Не глазей! Займись делом! — прикрикнула Кларисса на Фанни, и та скрылась в доме.
Мы пошли дальше, в сторону флигеля, куда, по словам служанки, ходить было запрещено. Однако, особые наказания Кларисса практиковала именно здесь. Значимое для неё место? Рядом постоянно дежурил гвардеец. Несколько раз я наблюдала со стороны, как караульные сменяют друг друга.
В пристройке имелась одна низенькая дверь из очень толстого и крепкого дерева, обитого железными пластинами. Я ничего не спрашивала у Клариссы. Она всё равно сделает по-своему, а силы мне ещё понадобятся. Плотно сжав губы, я сосредоточилась на тепле в нижней части груди. Нежное солнце, подаренное Себастианом, поддерживало меня.
Эрри Уикфил открыла дверь ключом, прикреплённым к связке, которую она всегда носила скрытой на поясе. Из чёрного проёма дохнуло сыростью и гнилью.
— Спускайся, — приказала Кларисса и сняла со стены небольшой фонарь, тускло освещавший вход. — Ты! Оставайся у двери, пока я не вернусь. — Хозяйка кивнула гвардейцу.
Я посмотрела вниз. Лестница по дуге уходила в темноту. У меня задрожали ноги, но что я могла сделать? Настоящий холод и дрожь страха прошлись по спине. Сейчас я узнаю тайну, скрытую во флигеле?
Фанни упоминала двух крепких женщин и крики, но из подземелья их вряд ли слышно. Я мысленно представила план дома и поняла, что в пристройку можно попасть из центральных покоев.
Герцогиня неторопливо шла следом, подсвечивая путь фонарём. Кривые тени искажались и растекались по каменным стенам, словно множество демонов исполняли жуткие танцы. Они собирались принести человеческую жертву. Этой жертвой была Доротея Идрис.
Я не выдержала.
— Что это за место⁈
— Место, где обретают смирение, — смакуя каждое слово, проговорила Кларисса.