Зрители, кажется, тоже не ожидали, что первый же бой едва не обернется трагедией. Вместо криков по рядам пронесся только слабый гул. Все сочувствовали Лорасу.
И хотя следующие два боя были с легкостью выиграны – Элира окружила себя защитным полем и утопила ридуса на суше, используя магию воды, а земляной-пятикурсник почти мгновенно погрузил змеехвоста в расщелину в почве, – я понимала теперь, что все мои глупые мечты о том, что я каким-то чудом смогу победить, можно просто взять и выкинуть туда же, куда магистр Руф засунул злозуба.
– Для финального боя приглашается Кора Флогис, – вдруг услышала я голос магистра Толли.
Я оказалась совсем не готова. Я чувствовала себя так, будто нахожусь во сне, и точно со стороны видела, как поднялась на ноги и словно деревянная поклонилась зрителям.
– Так как финалистка Кора Флогис не обладает магией, ей позволено воспользоваться мечом.
Как я и предполагала, мне разрешили использовать оружие, вот только сейчас это почему-то совсем не вдохновляло. На негнущихся ногах я спустилась с возвышения и подошла к воротам. Кто-то из помощников вложил мне в руки меч – настоящий боевой меч. Солнце сверкнуло на его острие, рифленая рукоять удобно легла в ладонь. Меч был легким и хорошо сбалансированным, но что такое один клинок против десятка клыков и когтей!
Я встала там же, где и другие финалисты до меня. На истоптанном снегу все еще кое-где виднелись капли крови Лораса. Я попыталась сглотнуть – в горле совсем пересохло. Мне было жарко и душно, несмотря на морозный день.
Ран, ты видишь меня сейчас? Не отводи от меня взгляд…
За ограждение завезли ящик, ворота закрылись. Железные стены упали, выпуская моего врага.
Полипис. Я только сейчас поняла – я знала, что так и будет. Интересно, директор Аквидус сам подбирал бестий для каждого финалиста? Если да, то все не случайно. Он, зная о втором видении, специально подсунул мне полиписа.
И что же мне теперь делать? Попробовать подчинить его, как это делал Крис? Но это невозможно… У меня нет той силы, что была у него. Бестии его слушались, но меня слушаться не станут.
При свете дня полипис казался темным пятном дыма, растекшимся в воздухе. Он только пробуждался от спячки: пока еще бесформенный и вялый. У меня было время, чтобы напасть, но я просто стояла и смотрела.
– Кора! Кора! – кричали зрители. – Вперед!
Крики не привели меня в чувство, но зато растормошили бестию. Полипис вдруг налился яркой чернотой, уплотнился и больше не напоминал дымное облако. Он коротко вякнул, в четверть силы используя свой вопль, от которого, однако, внутри все захолодело, и поплыл в мою сторону.
– Кора, очнись!
Это Ран. Это точно он. Я очень хотела оглянуться и найти его глазами. Но вместо этого подняла меч. Тварь приблизилась и зависла в полуметре от меня.
Меня накрыло странное чувство. Совсем недавно я видела почти то же самое глазами Криса. Все будто повторялось. А что, если?..
– Подчиняйся, – прошептала я, заставив себя опустить меч, однако рукоять сжимала так, что пальцы заболели.
Полипис заверещал, и перед глазами все поплыло. Он еще не нападал, но его стрекательные щупальца уже распустились вокруг него веером.
– Подчиняйся и слу…
Зрители за моей спиной закричали от ужаса, а я только мгновением позже поняла, что и сама кричу от дикой боли, охватившей все тело. Меч выпал из ослабевшей руки, а я упала на колени. Эту жуткую, нечеловеческую боль причиняло всего лишь одно стрекательное щупальце, которым полипис, будто играючи, коснулся моей спины. Он пока только примеривался к тому, как ловчее обхватить жертву, но еще секунда – и бестия сожмет меня в своих смертельных объятиях.
Однако кое-кто оказался быстрее. Полиписа отшвырнуло защитным полем, а Ран обнял меня, закрывая.
Он все правила нарушил! Нельзя вот так перепрыгивать через ограждение в середине боя. Влетит ему от магистров. Они бы, наверное, сами успели прийти на помощь и в то время, когда Ран обнимал меня, быстро и молчаливо расправились с бестией… Они бы успели, но за эти секунды я получила бы еще два-три удара, а у меня и от одного слезы ручьем текут из глаз.
И стыдно, ужасно стыдно… Вообразила себя заклинательницей бестий, бестолковая… Вы этого хотели, директор Аквидус? Показать мне, какая я жалкая и что видения мои ничего не стоят? Чего вы хотели от меня?
– Благодарим нашего финалиста Кору Флогис за мужество и с сожалением сообщаем, что она проиграл финальный бой, – услышала я голос магистра Толли, который звучал будто издалека.
Сознание уплывало. Ран поднял меня на руки и понес прочь.
– Потерпи, Корюшка. Потерпи, моя хорошая. Я знаю, что больно.
И, думая, что я не услышу, процедил сквозь сжатые зубы:
– Идиоты безжалостные. И я такой же…
Очнулась я, лежа на животе в своей постели. Рубашка на спине была разорвана, и я чувствовала на коже знакомый приятный холодок от лечебной мази. Обвела взглядом комнату и увидела Рана. Он сидел, опустив плечи, а лицо серьезное и грустное. Так погрузился в свои мысли, что не заметил, как я очнулась.
