Трип, при всем его остром уме, если сказанное о нем было правдой, погрузился в раздумья, пытаясь переварить информацию, полученную от Криса.
– Устав? – осторожно переспросил он. – Академии? Танатосы вернутся?
Кажется, он не понял ни слова. Я тоже не поняла, но предчувствие того, что сейчас будет произнесено что-то очень важное, сжало грудь.
– Если бы ты не перебивал меня ежеминутно, Трип, то быстрее бы понял, что я хочу сказать! – с неудовольствием оборвал его Крис.
Протянул руку к кружке, сделал несколько глотков. Я тоже почувствовала горьковато-сладкий вкус, желудок обожгло.
– Танатосы вернутся, – сообщил он. – Примерно лет через триста. Я занимался изучением тех немногих свидетельств, дошедших до наших дней. Все повторяется с периодичностью триста лет. Думаю, хотя это скорее мои догадки, бестии приходят к нам из другого мира. Каким-то образом именно во время весенних гроз стенки между мирами истончаются, образуя дыры, пропускающие к нам этих тварей. Но даже у этих созданий в их собственном мире есть враги.
– Танатосы?
– Да. Высшие хищники, убивающие бестий. Раз в триста лет дыры в пространстве становятся настолько велики, что пропускают танатосов. А может быть, на это есть какая-то другая причина. Важно то, что они возвращаются снова и снова, в то время когда люди уже успевают забыть об опасности… Я должен оставить предупреждение. И намерен основать учебное заведение, где стихийников будут систематично обучать всему, что им нужно знать… А не так, как это сейчас у нас было… Тыкались как слепые котята. Гибели стольких людей можно было бы избежать…
Он допил темный напиток, и я поняла, что у меня тоже кружится голова. То ли от варева, то ли от полученной информации. Сейчас я даже не пыталась думать обо всем этом. Просто слушала и запоминала каждое слово.
Трип недоверчиво усмехнулся.
– Крис, ты воин. Какой из тебя ученый. Академия! Скажешь тоже!
– Для того ты мне и нужен в качестве помощника!
Крис наклонился вперед, пытаясь заглянуть собеседнику в глаза.
– Ты не веришь. Вижу, что не веришь… Мне и раньше никто не верил, до тех пор пока я не превратился из бездарника в того, кем сейчас являюсь. Так что…
– Я верю, Крис! – пошел на попятную Трип. – Что ты! Академия! Отличная мысль! Думаю, она будет названа в твою честь – в честь Кристера Ригера!
Крис только отмахнулся:
– Это пустое. Главное, чтобы она стала оплотом надежды однажды в будущем… Когда это понадобится!
– И кто же возглавит сопротивление через триста лет?
Крис пожал плечами:
– Мой потомок, надеюсь. У меня есть кое-какой план. Оставить преемнику послания в виде воспоминаний. Вот это, допустим, отлично подойдет… Слышишь, преемник? Или преемница. Я думаю, это будет девушка. Считай это предчувствием.
Трип хохотнул, словно услышал хорошую шутку, но увидел, что Крис не шутит, и потупил взгляд.
– Ты вот сейчас серьезно, да? Ну… Отлично… И что ты передашь своей преемнице?
– Хм… Да! Вот что! Бестии – мерзкие твари. Но на какое-то время они могут стать нашими союзниками в борьбе против более мощного врага. Ты сможешь ими управлять. Тысячи бестий станут сражаться на стороне людей, повинуясь твоему слову…
Трип расхохотался, решив все же, что друг его смеется над ним.
– Мы пьяны, Крис! Мы чудесным и восхитительным образом пьяны. Эй, повторите!
Он поднял руку, подзывая разносчика и указывая на опустевшие кружки.
Крис тоже усмехнулся.
– Возможно… Поговорим завтра, когда протрезвеем.
Они какое-то время пили и ели молча. Но вот Трип, чьи глаза уже блестели, а движения стали плавными и неуверенными, как всегда бывает у людей во хмелю, снова заговорил:
– Крис… А как ты из бездарника стал тем… Кем стал. Прости мое любопытство.
– О, это очень просто, – откликнулся тот, но, судя по голосу, это вовсе не было так просто, как он хотел показать. – Всего лишь надо простить предателя. Заключить союз с врагом.
Его голос вдруг дрогнул, словно невидимые мне воспоминания когтями вцепились в горло.
– Пожертвовать своей любовью, – с трудом протолкнул он слова.
Я почувствовала всей своей сущностью, что Крису невероятно больно от этих слов. Что-то до сих пор мучило и терзало его, даже спустя столько лет. Ему было больно, и мне было больно вместе с ним. Я больше не хотела здесь оставаться ни одной секундой дольше.
Мир завертелся воронкой, которая втянула меня и выкинула прямо в руки Рана. Падая, я пыталась за него ухватиться и случайно порвала цепочку, на которой висел его медальон – тот самый, с лабиринтом.
– Ой, Ран… Извини. Твой амулет…
– Ерунда! Потом исправлю. Как ты? Что ты видела?
Я глубоко-глубоко вздохнула. Тысячи мыслей теснились в моей голове.
– Мне надо срочно увидеть директора, – ответила я.
К центральному корпусу мы почти бежали. Я на ходу пыталась пересказать увиденное Рану, хотя мысли путались и прыгали с одного на другое.
– Танатосы вернутся! – это было главное, что я хотела сказать.
– Что? – Ран, который не видел того, что видела я, наверное, думал, что я брежу. – Кора, остановись и объясни толком. Куда вернутся?
