Элси старалась не смеяться, идя со своим взлохмаченным, полуодетым королем по извилистому тихому коридору. Сегодня они снова нашли друг друга, и отныне им принадлежит все время в мире.
Двадцать четыре часа могут стать на удивление долгим сроком. За двадцать четыре часа человек может влюбиться. Или дать клятвы, которые изменят его жизнь. Или захотеть побыть наедине с любовью всей своей жизни, а не торчать перед камерами, транслирующими в прямом эфире каждый его шаг на миллионную аудиторию.
Но нужно следовать протоколам, и Фелипе Рока де Сильва и Зафиро по‑прежнему старается найти баланс между работой и личной жизнью. Однако теперь настало его время. И прошли почти сутки с тех пор, как они с Элси в последний раз были наедине. Ожидание чуть не убило его. И его жена знала об этом.
Крепко сжав ее руку, он повел тихо смеющуюся Элси по тоннелю. Было только одно место, где он хотел быть, но не следует торопиться. Если она прыгнет в воду в этом платье и драгоценностях, то утонет за секунды. Хотя Элси стала весьма опытным прыгуном со скалы.
Она бросила на Фелипе испепеляющий взгляд. Прямо сейчас ей не терпелось, чтобы он расстегнул массу крошечных жемчужных пуговиц на ее свадебном платье. Свадебные торжества были в самом разгаре, но ему было на это наплевать. Сегодня у него первая брачная ночь. Он ждал этого слишком долго.
– Фелипе…
Она остановилась у потайной двери. Он проинструктировал своего камердинера подготовить пещеру к вечеру и ждал реакции Элси.
Там было больше ковриков, ароматические свечи и отменные деликатесы в тарелках на низком столике, к которому было легко добраться с кровати. Да, там была настоящая кровать, застеленная мягким белым постельным бельем. А рядом с кроватью стоял большой резной ящик.
– Что в ящике?
Фелипе улыбнулся:
– Шелковые веревки.
– Шелк… – Она округлила глаза.
– И еще кое‑что, что тебе понравится.
Она покраснела еще больше:
– И как долго мы пробудем здесь?
Он притянул ее к себе:
– По крайней мере, двадцать четыре часа.
Элси казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как Фелипе стал принадлежать только ей. Она должна сказать ему кое‑что важное, что узнала о себе только вчера поздно вечером. Поскольку по традиции видеться с женихом до свадьбы запрещалось, ей пришлось ждать.
– Ты только что разорвал спинку моего свадебного платья! – Она ахнула, и от волнения у нее закружилась голова, когда он прижал ее к своему мускулистому телу. – Ведь его должны будут выставить во дворце!
– Я уверен, его зашьют, – пробормотал Фелипе.
В тот момент он был совершенно беспечным, избалованным королем, и ей это нравилось. Он поцеловал ее, и она забыла обо всем на свете. Их близость всегда была настоящим волшебством. Но в этом месте – в его тайной пещере с дымящейся минеральной ванной, в день их свадьбы – был настоящий рай.
Элси положила голову ему на грудь, переплетая пальцы с его пальцами и любуясь блеском их обручальных колец и своего браслета.
– Здесь лучшее место для медового месяца, – сказала она.
Он улыбнулся.
Они выдержали бурю общественного внимания и осуждения. Он поддерживал Элси, когда пресса печатала статью за статьей о ее семье. Фелипе держал ее при себе, и все вокруг заметили, что она явно делает его счастливым.
Элси занялась общественной работой. Она незаметно посещала местные хосписы, готовила еду в семейных общежитиях для тех, кто лежал в больницах, и находила другие способы им помочь. Пошли слухи. Элси продолжала работать. Она не позволяла сплетням мешать ей делать то, что важно для нее. И ситуация изменилась. Семьи нескольких пациентов официально поблагодарили ее. Люди начали защищать Элси, и мнение средств массовой информации медленно изменилось к лучшему. Если честно, этот факт обрадовал Фелипе больше, чем ее.
– Амалия сегодня отлично поработала, – радостно сказала Элси.
– Ты видела какие‑нибудь комментарии в Интернете о ней? Она еще ребенок, – проворчал он.
– Фелипе, ей почти шестнадцать. – Элси усмехнулась, вспоминая Амалию в красивом платье подружки невесты.
– Хорошо, что в прессе перестали писать гадости. – Он вздохнул.
Амалия училась в местной школе и решила позже поступить в консерваторию за границей. Она хотела писать музыку.
– Элси? – Фелипе перекатился на бок и посмотрел ей в лицо. – О чем ты думаешь?
– Нас ждет очередной скандал.
– Почему, Элси? – Он прижался ртом к чувствительной коже под ее пупком. – Что ты натворила?
Она вздрогнула и посерьезнела, а он испугался.
– Тролли скажут, что я заманила тебя в ловушку.
– Ловушку? Как?
Элси сглотнула и замерла.
– С ребенком.
Фелипе поднял голову, и его глаза потемнели. Он положил теплую ладонь на низ ее живота:
– Ребенком?
– Да. – В ее глазах стояли слезы. – Мне кажется, я забеременела во время той тайной поездки в Италию. Я предупреждала тебя, что забыла взять свои таблетки, и тебе надо быть осторожным.
– Но я был неосторожен, – самодовольно произнес он.
Внезапно она развеселилась:
– Мы были так увлечены, что нас чуть не застукали туристы с парома!
