На тумбочку профессор поставил одну из чашек, от нее исходил приятный травяной аромат. Вторую взял сам и сел на край кровати, недалеко от моих поджатых ног. Молча грел ладони о чашку и чего-то ждал. Я отпила из своей. Горький. Очень горький и горячий темно-коричневый чай. Но вкус смягчился послевкусием благодарности и… уюта? Непривычно испытывать рядом с Дереком Ричардсоном что-то помимо сжигающего желания и испепеляющего стыда.
– Спасибо, что забрали меня с вечеринки. И спасли от… кого-то там.
– Да, могло бы кончиться стандартно – в ближайшем туалете. Не хотел бы я тебе такой участи.
– Ага, первый раз в туалете. Не очень романтично. Спасибо.
Я поморщилась. Представить страшно, что было бы, не окажись его поблизости.
– Первый раз? – Он напрягся, а я поняла: сказала больше, чем когда-либо на трезвую голову.
Вместо ответа я отпила жижу в чашке.
– Впрочем, неважно. – Дерек встал. – Мне нужно вернуться. Аманда – староста четвертого курса, но я не планировал надолго ее оставлять. Нужно заканчивать ту вечеринку.
– Аманда вам нравится? – Я пропустила мимо ушей все, кроме ее имени. – Потому что мне кажется, что вы ей – да.
Секунду он медлил. Поставил чашку на стол и лаконично ответил:
– Не в моем вкусе.
– А кто в вашем?
Ричардсон уставился на меня, словно не верил, что я осмелилась спросить. О, конечно, чего я ожидала? Клише в стиле: «Ты, Астрид». Но тишина приобретала оттенок неловкости, и я сменила тему:
– Ох, больше никогда не буду пить! А вы часто пьете?
– Никогда. – Он забрал у меня чашку и монотонно перечислил: – Не пью, не курю, не принимаю наркотики.
– Ого, да вы святой, профессор Ричардсон. Или скучный?
Сарказм ему не понравился. Дерек цокнул языком и отвернулся.
– Простите. – В голове взрывались салюты, стоило огромных усилий, но я смогла встать с кровати, сипло добавила: – Не хотела вас задеть. Это странно в современном мире. Большинство проводят субботние вечера в барах.
Но в глубине души я радовалась. Пьяных людей я ненавидела, и сейчас была противна себе как никогда раньше.
– Из-за алкоголя люди теряют контроль. – Ричардсон повернулся, глядя на меня исподлобья. – А мне контроль терять никак нельзя.
– Как же вы расслабляетесь?
– Занимаюсь спортом, – его глаза на миг потемнели.
Зрительный контакт, от которого все внутри заледенело. Профессор точно имел в виду спорт? Бег? Бокс? Или что-то другое?.. Выясню позже.
Я приподнялась на носочки и, под грохот своего сердца, потянулась к манящим губам: хороший момент обозначить свою позицию и узнать, ждет ли меня что-то…
– Астрид, я хотел поговорить с тобой.
Что-то… Что?
Дерек отстранился, а я так и осталась стоять на цыпочках. Пришлось сесть на кровать, чтобы не потерять равновесие. Смущение активно рвалось на свободу сквозь алкогольную дымку. Я тихо застонала. Ричардсон не обратил внимания. Он убрал руку в карман.
– Вот, – достал связку из трех железных ключей.
– Что это?
– Ты можешь приходить ко мне домой, когда захочется. Голдман проболтался, где я живу? – Дерек добродушно усмехнулся. – Опередив вопросы, скажу: не собираюсь спать с тобой. – Пауза после этих слов, чтобы добавить «пока что»? – Узнаем друг друга лучше, Астрид. Здесь я появляться не могу, – легкий кивок в сторону двери, – по понятным причинам.
Я уставилась на ключи.
Очередная проверка? Испытание? Какое решение будет верным? Нужно задать правильный вопрос или дать верный ответ.
– С Лорел было так же? – вырвалось у меня. – Вы дали ей ключи, она приходила к вам, а потом исчезла? – Язык мой – враг мой, алкоголь – второй враг. Но я не собиралась извиняться за любопытство.
Имею право знать.
Челюсть Дерека напряглась. Брови соединились на переносице. Он сжал руку, в которой были ключи. Костяшки пальцев побелели, и я шумно сглотнула, будто только осознала, что мы одни в коттедже. Но тревога перетекла в предвкушение. Если он и собирался причинить мне боль, инстинкт самосохранения не сопротивлялся. Дерек взял меня за запястье и разжал кулак. Нагретый металл упал в мою ладонь. Ричардсон закрыл мои пальцы, спрятав в них ключи. Все это время он не отводил взгляд, словно ему нечего скрывать. Я положила ключи в карман платья.
– Где она? – получилось шепотом. – Где Лорел?
Мне нужно знать.
Он нехотя ответил:
– С Лорел кое-что случилось… Не буду врать, я причастен, но я не смог ей помочь. Когда-нибудь расскажу тебе о Лорел. Но сейчас… – Он совсем близко. – Мне не хочется о ней вспоминать. Единственное, что тебе стоит знать: она ушла из Берроуза по собственной воле. Я ничего не знал.
Версия Кармен не противоречила его словам. А когда Ричардсон дотронулся пальцами до моего подбородка, я и вовсе забыла исчезнувшую студентку. Профессор очертил мою скулу, осторожно, но ощутимо сжал щеки. Было в его движении что-то хищное, что-то доминирующее.
Он подался вперед, и я вцепилась в его запястье, не осознавая, хочу оттолкнуть или попросить стать ближе. Несколько секунд Дерек смотрел на меня с любопытством. Он тоже что-то почувствовал.
И когда резко опустил глаза на мои губы, я поняла…
– Простите.
Меня тошнит.
