Я надела шерстяное платье до колен и попыталась сделать макияж – мешали слезы. Я вспомнила все удары, злые слова и несправедливые обвинения. Больше не позволю так обращаться со мной. Дерек Ричардсон дарил мне иные эмоции. Он – мое будущее. А шериф Дэвис… дядя Томас – пусть его судит Бог, а заодно и других мужчин в Луксоне. Я подавила волну гнева и вышла в коридор с улыбкой на лице. Мастерство делать вид, что все нормально, я оттачивала годами.
– Прогуляемся с Биббо? – предложил Дерек.
– Конечно! – согласилась я и прильнула к профессору. Он поцеловал меня, и все тревоги будто испарились.
Конец октября принес с реки Миссисипи холодные ветра. Я скучала по солнечным денькам. Пришлось достать колючий вязаный шарф, чтобы не замерзнуть, – пальто осталось в коттедже, – и второпях накинуть поверх куртки. Сегодня точно вернусь в кампус. Но думать о разлуке не хотелось. Мы шли вдоль парка и смеялись над Биббо: пес гонял белок. Под ботинками шуршали опавшие листья, а мимо на велосипедах проезжали спортсмены.
Дерек строго оглядел меня, взял за концы шарфа и перемотал два раза вокруг шеи – теперь шарф закрывал часть лица: губы и нос. Довольный проделанной работой, Ричардсон завязал концы в элегантный узел.
– Простудишься, – спокойно объяснил Дерек и зашагал дальше.
Я удивленно смотрела ему вслед: на профессоре тонкое бежевое пальто. Ему точно холоднее, чем мне. Почему он беспокоился? Я помедлила. Шарф колол щеки и затруднял дыхание, поэтому я потянула и слегка ослабила узел. Не хотелось, чтобы Дерек думал, будто мне не важна его забота. Но иногда он слишком… заботился.
Когда я догнала его, он переплел наши пальцы, и со стороны мы наверняка казались обычной парой. Но Ричардсон напомнил, что это не так:
– Предлагаю сохранить наши отношения в тайне до окончания семестра. – В его тоне не было ничего от «предлагаю». – Возможно, мы проколемся и кто-то решит, что ты спишь со мной ради оценок. Это плохо для твоей репутации.
«Проколемся», – я хихикнула. Старомодные слова, чопорное поведение и серьезный вид не давали забыть, что он по-прежнему мой профессор.
– Я не буду учиться у тебя дальше? Один семестр – и все?
Новость однозначно грустная. Мне нравился его предмет.
– Для табеля одного курса достаточно. Ты можешь ходить на лекции, но, уверен, ты знаешь программу не хуже меня.
Он прав. Дни в луксонской библиотеке не прошли даром.
– Могу просить тебя делать задания, а потом проверять. – Он вздернул бровь, а я тихо застонала. Вспомнила его пальцы на мне и во мне.
Определенно мне хотелось повторить вчерашний опыт, но еще сильнее я мечтала пойти дальше. Пат рассказывала, что секс с желанным человеком ни с чем не сравнить.
– Мы не переспим до конца семестра? – расстроилась я.
Ричардсон ухмыльнулся:
– Терпение, помнишь?
Он недовольно нахмурился, и я оправдалась:
– Мне сложно понять. Я выросла с мыслью, что всем мужчинам нужно только одно. Они хотят переспать, и они сделают все, чтобы этого достичь.
– Я тоже сделаю все. – Дерек прищурился. – Но я умею ждать. Назовем это моими принципами.
– Принципы позволяют тебе делать другие вещи.
– Биббо! Нельзя! – Дерек проигнорировал мою реплику и ускорил шаг, чтобы догнать любвеобильного щенка – тот прыгал на белого пуделя.
Когда я подошла, Ричардсон болтал с хозяйкой собаки – блондинкой лет тридцати. Она кокетливо касалась плеча Дерека и хихикала.
– У вас такая милая сестра! – воскликнула женщина, заметив меня.
Дерек засмеялся, а я дернула его за локоть. Сестра?!
– Идем, братик. Всего доброго.
– Тебе идет ревность, – прошептал Дерек, когда мы отошли.
Черт побери, скорее бы семестр закончился. Моего ангельского терпения не хватит отгонять всех настырных блондинок.
Когда мы шли вдоль улицы к дому, я засмотрелась на «Старбакс», и Дерек предложил позавтракать в кофейне. Наконец-то попробую легендарные напитки! Я заказала фраппучино с карамелью (мне понравилась гора взбитых сливок) и круассан. Дерек ограничился черным кофе без сахара. Американо, кажется.
– Я успел позавтракать, – объяснил он. – Убери, я сам, – указал на кошелек, который я достала из сумки.
Смутившись, я кивнула. Ричардсон открыл бумажник, и рядом с хрустящими купюрами я заметила полароидный снимок – тот самый, что Дерек забрал из моей спальни. Я прикусила губу и подавила улыбку.
Оплатив заказ, Дерек повел меня на второй этаж.
В кофейне звучала инструментальная музыка, а окна рядом с нашим столиком выходили на живописный пейзаж: густые леса и мост, перекинутый через реку. Посетителей почти не было: одна девушка методично стучала по клавиатуре ноутбука, а парень дремал в углу.
– Вкусно, – сказала я, потянув напиток через трубочку. Мне нравилась атмосфера в «Старбаксе», а особенно нравилось, что в кофейне нет толпы студентов. – Жаль, не получится завтракать тут каждое утро.
– Почему? – спросил Ричардсон, отпив из стакана.
– В кампусе не делают фраппучино.
– Заходи в «Старбакс» перед учебным днем, – не увидел проблемы Дерек. – На мои лекции разрешаю опаздывать.
Я улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.
