Узкое лицо Мореллы перекосило сначала от удивления (не ожидала, что ей будут перечить), а потом и от злости. Бледные губы задрожали. Она передёрнула плечами, и я заметила, что на пальцах смотрительницы выступили чёрные полумесяцы звериных когтей.
Казалось, она сейчас кинется на Янтара и вцепится ему в горло.
— Элиза нарушила приказ, — процедила Морелла. — Ей не было велено ходить к пленнику. А она пошла! Тайно пробралась, чтобы…
— Почему же тайно, — перебил Янтар. Голос его звучал вкрадчиво, зацеписто: — Я попросил её подменить другую сестру… которая Фаира. Только не знал, что вас надо уведомлять. Потому что это дело военное и к вам, настоятельница, отношения имеет мало. Так что ещё раз объясните… почему вы хотели ударить эту девочку?
Последняя краска сошла с узкого лица Мореллы. Её глаза потемнели до угольно-чёрного, она глянула на Янтара с такой лютой ненавистью, будто записала его в свои клятый враги. Волна её ледяной злобы заставила меня качнуться, а сердце сжаться, но Янтара она будто не задела. Он поправил висящий на спине арбалет и улыбнулся уголками губ.
Морелла скрипнула зубами.
— Значит, я неправильно поняла, — выдавила она и уже собиралась развернуться и уйти, но Янтар сказал:
— Разве Ньяра не учит извиняться за ошибки?
«Не надо», — хотела шепнуть я, но подавилась словами, встретившись с чёрными глазами Мореллы. Они были похожи на тлеющие угли. Но самое жуткое было не в глазах, а в губах, что растянулись в змеиной улыбке, и в тоне голоса, что стал липко-медовым.
— Конечно… как я могла забыть. Извини меня, Элиза. Теперь я могу идти?
— Да, — разрешил Янтар. — А ты Элиза… покажи мне проход на верхнюю башню.
Я нервно кивнула, но всё ещё не могла отвести взгляда от напряжённой спины настоятельницы. Подол её белого одеяния яростно взметался от слишком скорого шага. Я знала, мне ещё аукнется сегодняшняя встреча… и Янтару, возможно, тоже.
— Пойдём, — хмуро позвал оборотень. Я торопливо поспешила за ним.
Как оказалось, путь до башни он прекрасно знал и сам. Верно сворачивал на поворотах, не спрашивая дороги. Верно выбирал лестницы, поднимаясь выше и выше. Я даже слегка запыхалась. На Янтар, казалось, может поднимать вечность.
— Почему вы соврали, господин? — шёпотом спросила я.
— А почему ты позволяешь ей так с собой обращаться? — раздражённо задал он вопрос на вопрос.
— Но настоятельница права…
— С чего бы?! Эта бледная курица совсем берега попутала! Для телесных наказаний должно быть вынесено решение на слушании. …безднова глубинка!
— Но она же ради меня…
— Чушь!
— Но…
— Нет! Синеглазка… Ты должна учиться себя защищать, — на этих словах мы прошли очередной лестничный пролёт и вышли на открытую площадку башни. Это была самая высокая точка обители.
Возмущённо каркая, с каменного поручня взлетел чёрный ворон. Холодный ветер бросился мне в лицо, а ноги поехали на скользком камне, припрошенном снегом. Но Янтар поддержал под локоть, а потом, отпустив, сделал пальцами магический пас, призвав тёплый воздух. Тот окутал меня будто вторая кожа, спасая от холода.
— Вы маг огня! — восхитилась я.
— Кое-что умею, — хмыкнул Янтар. — Но мы не закончили, Элиза… Давай-ка обучим тебя защите… Ударь меня.
— Что? …нет! — я замотала головой.
— Вот же упрямая. Ударь! Сожми кулак и бей в живот.
— Не буду, — нахмурилась я и даже спрятала руки за спину. — Вы ведь всё ещё болеете. Под рубахой перевязка. Да и выглядите измождённо. Вон, круги под глазами.
Янтар будто хотел возразить, но потом потёр солнечное сплетение и поморщился.
— Вот Фаира бы сразу согласилась… — пробормотал он. А потом хмыкнул каким-то своим мыслям и шагнул к каменной ограде, которая опоясывала круглую площадку башни. Опёрся на бортик и посмотрел вдаль, туда, где тянулся бело-чёрный горный хребет, густо заросший елями.
Я тоже подошла и посмотрела сначала вниз — ох, было так высоко, что аж дух захватывало. Во дворе копошились крохотные люди, ну просто муравьишки! Потом, щурясь от снега, я перевела взгляд в белоснежную даль.
Вид был волшебный, но привычный. Я тут часто бывала.
Иногда приходила ночью и смотрела на ночное звёздное небо. А днём, порой, глядела вдаль и фантазировала, что там. Иногда представляла, что этот зубчатый хребет — спина огромного дракона, который однажды встряхнётся, скинет с крыльев снег и взлетит в небо. И все удивятся! И только я — нет. Тогда дракон увидит меня… и поймёт, что я про него уже всё знала. И в награду за смекалку подарит мне крылья. И я тоже улечу… прямо с этой башни.
Глупости, конечно.
Я знала, что так не бывает…
Но мечтать никто не мог запретить.
Янтар тоже сейчас смотрел на этот длинный изогнутый хребет. Резкие порывы ветра трепали его лёгкую рубаху и тёмные волосы. Оборотень был красив, я понимала, почему Фаира его любит. А в следующий миг он вдруг повёл широкими плечами и за ремень подтянул висящий на его спине арбалет, ловко вскинул и зарядил болт, протянул оружие мне.
— Давай тогда по птицам попробуй.
— …что? — не поняла я.
— Ворона видишь? — он показал пальцем на кружащуюся точку. — Стреляй по нему.
Я округлила глаза.
— Зачем?
