Пробуждение было… болезненным. Еще никогда на ее памяти ей не было так… так паршиво. Казалось, болела каждая клетка ее тела, а мидихлорианы, взбесившись, устроили бурный водоворот. Мысли скакали с одного на другое, и были покрыты туманом, не давая разглядеть и без того размытую картинку. Все казалось таким нереальным, что впору было усомниться не только в том, что она жива, но и в том — была ли она вообще?
И все-же, постепенно сознание возвращалось к ней. Возможно, ей кто-то помогал… Да, точно. Кто-то смутно знакомый. Кто-то… Светлый.
С трудом разлепив глаза, которые резал даже тот тусклый свет, что присутствовал в медблоке… Да, она не могла спутать это место ни с каким другим: звуки, запахи… Сама атмосфера… тем не менее, она прошептала:
— Где я?
Над ней тут же наклонилось рыжее пятно.
— Мастер Куро! Мы на корабле… на «Дерзком». Конкретно — в его медблоке… Тише-тише, не двигайтесь. — руки падавана — а это была именно падаван, кажется, та самая, с зубодробительной двойной фамилией — пресекли ее попытку подняться. — Вам не стоит напрягаться… Хотите пить?
— Да… — Куро и сама поняла, что в данный момент не способна самостоятельно двигаться. Дождавшись, когда кровать трансформировалась в подобие лежака с высокой спинкой, она, прильнув к поднесенной к губам емкости, судорожно начала глотать. Судя по вкусу, это было какое-то лекарство. Она не протестовала: восстановление сейчас было на первом месте, а вкус… Ей случалось пить и не такую гадость.
— Спасибо, — выдавила она, утолив жажду.
— Отдыхайте. Я позову учителя.
Откинувшись обратно на подушку, она начала медитировать, пытаясь собрать мысли в кучку. Постепенно ей это удавалось, а тело начинало слушаться все лучше и лучше. Однако, через пару минут палату заполнил веселый голос девочки:
— Мастер Куро! Учитель скоро придет!
— И чего здесь радостного? Ну припрется твой учитель, и что с того? — пробурчала женщина, надеясь отделаться от падавана. Сейчас ей меньше всего хотелось выслушивать сочувственно-соболезнующие речи, или того хуже, поучительно-наставительные. Вот только фраза, которую смогла выдавить девочка, немного шокировала женщину.
— Да как вы вообще можете такое говорить! Ведь учитель вынес вас оттуда на своих руках, а вы!.. — девочка замолчала; звук шагов подсказал, что она куда-то отошла.
— К-хм, — вежливый хмык заставил ее вновь открыть глаза. На этот раз свет не причинял боли, и картинка мало-помалу сформировалась. Около нее стоял Микоре Викт собственной персоной, который укоризненно смотрел на нее. — Ну вот. Ни за что ни про что, взяли, и обидели девочку. А она, между прочим, от вас девять часов не отходила.
— Сколько? — удивленно переспросила Темная Женщина.
— Девять часов. Все это время вы были без сознания. Наш отряд эвакуировали с Раго и сейчас мы болтаемся около Билбринджи, зализываем раны. Через пять часов все корабли будут готовы отправиться на Корусант.
— И вы действительно тащили меня на руках? А как же ваши слова, что вам плевать на меня?
— Мне плевать на то, что вы говорите. Но оставить вас там я просто не мог… Это трудно объяснить.
Скрестив руки на груди, Куро произнесла:
— Тогда… Нам надо поговорить.
— Это точно. Не знаю почему, но я вам не нравлюсь. Не в том смысле, а вообще, — джедай уселся на противоположную койку.
— Ты… неправильный. Не похож на джедая. Ведешь себя не как джедай. И в то же время — все еще в Ордене. И да — ты мне не нравишься.
— Скажем так. Я не предам Орден.
— Ты думаешь, что Орден может предать тебя? — она прекрасно уловила интонации в голосе человека.
— Я не исключаю такой возможности.
— Но почему?
— Орден уже не тот, что был когда-то… не спорь, — Викт поднял руку, — Ты и сама все прекрасно понимаешь. Защитники Республики — на деле же послушные собачки Сената. Последнюю тысячу лет в Галактике творилось черти-что — но всем было плевать. Эта война — всего лишь закономерный итог. А Совет… Совет носится со Скайуокером, как с размалеванной вар’даки. Это… странно. А насчет предательства… Как назвать то, что случилось с нами? Вряд ли это ошибка или чей-то просчет. Они знали, куда нас отправляют. У меня нет доказательств, но есть твердая уверенность в этом.
— Ты… прав. Я собираюсь задать Совету пару вопросов насчет этого. А ты думаешь, что сможешь что-то изменить своим поведением?
— Я хотя бы пытаюсь, — Микоре развел руками. — Мне не по душе, что джедаи, лишь на словах единое целое, а на деле готовы бросить друга в беде. Что тут далеко ходить — вспомни Пло Куна. Ни одна сволочь не озаботилась тем, чтобы оторвать задницу от удобного кресла и поспешить на место боя, проверить, жив ли он еще. Возможно, в таком случае он был бы жив. А так…
— А что ты думаешь о Темной стороне? — затаив дыхание, Куро задала давно волнующий ей вопрос.
— Думаю, что это не для меня, но я не сужу столь категорично. — джедай ответил после долгого раздумия, но Куро чувствовала, что он не врет, — Знаешь… На Илуме, когда я нашел свои кристаллы… Мне были видения.
— Странно, если бы их не было, — женщина фыркнула. — Они у всех без исключений бывают.
