Если рассматривать модерн исключительно как западный проект, то придется признать, что его структура и принципы выработаны европейцами для условий Западной Европы, а всем иным народам достанется роль исполнителей, нанятых авторами этого проекта: они должны действовать в соответствии с планом и не имеют права распоряжаться им по своему усмотрению, например адаптировать к своим собственным нормам, интеллектуальным и культурным традициям, ибо модерн и модернизация могут быть только такими, какими их выработал Запад.
Мотаххари резко выступал против такого ограниченного и застывшего представления, поскольку оно в первую очередь противоречит самой природе человека как существа, наделенного свободной волей, — важнейшего фактора изменений и эволюции общества. Ислам, по его глубокому убеждению, никак не сообразуется с программой, которая лишает человека его активности:
«С точки зрения ислама ни в коем случае нельзя сказать, что человеческая мысль, совесть, воля, вера представляют собой лишь отсвет или отражение состояния окружающей среды. […] Именно поэтому ислам делает особый акцент на […] нравственности, воспитании, призыве, проповеди, свободе и способности выбора человека […] даже возводит его в принцип, ставя величие и низость человека в зависимость от его свободного выбора. […] Об этом и говорится в аяте:
Модерн, однако, можно понимать и как общий культурно-исторический феномен, который, правда, изначально возник и сформировался на Западе. Именно такое истолкование термина «модерн» можно найти в рассуждениях Мотаххари, хотя напрямую тему ислама и модерна или же отдельную тему модерна он не рассматривает.
Как мы сказали, модерн — это способ и стиль мышления и жизни, основополагающими элементами которого являются рационализм, изменение и прогресс. Модерн объективно проявляет себя и становится наблюдаемым в поступательных изменениях, направляемых человеческим разумом.
Мотаххари считает, что отношение ислама к указанным изменениям неодинаково. Только тогда, когда изменения, связанные с социальной инженерией, автоматизацией производства, применением новых методов в сельском хозяйстве или рационализацией управления, служат человеку, они являются приемлемыми с точки зрения ислама и заслуживают похвалы. Так, в исламе фундаментальная роль отводится заботе о здоровье человека и совершенствованию его сил. Поэтому всё, что этому способствует, является желательным. Мотаххари комментирует аят: «Приготовьте против них сколько можете силы» (сура «ал-Анфаль» («Трофеи»), аят 60) следующим образом: «Ислам отводит основополагающую роль не военному искусству, а силе» (Мотаххари, 1368: 238). Совершенно очевидно, что состязания в силе, стрельбе из лука и верховой езде суть средства и способы обретения силы и правильного использования имеющегося потенциала, а поэтому нет причин для того, чтобы при наличии средств, многократно повышающих силу и влияние мусульман, настаивать на использовании старых. На сегодняшний день новые технологии в сфере энергетики, здравоохранения, услуг многократно увеличивают эффективность человеческой деятельности, а потому не надо ими пренебрегать.
Ради разумного распоряжения своей жизнью мы непременно должны обратить свой взор на науку как на один из ключевых элементов, повышающих потенциал и отдельного человека, и всего общества: «[…] наука служит основой всякого величия и независимости», «в мире произошли изменения, после которых все дела вращаются вокруг науки, […] все стороны жизни человека стали зависеть от науки». Поэтому «шариатской и общей обязанностью всех мусульман является обращение к на у-ке» (Мотаххари, 1368, с. 170–171). Вопреки расхожему мнению, Мотаххари не стремится ограничить область знаний истинно верующего человека дисциплинами, имеющими чисто религиозный характер, но включает в нее современные науки. В то же время он резко выступал против рабского преклонения перед наукой, поскольку знал и видел по опыту истории ХХ века, какие страшные катастрофы она может породить.
