Пригибаясь, друзья пробежали по асфальтовой дорожке почти до самого гаража; здесь глиняный заборчик вообще кончался – даже перелезать не потребовалось. Сид знаком указал Вальду направление дальнейшего движения. Они обогнули дом с правой стороны и, крадучись, добрались до того угла дома, за которым открывалась лужайка со стариной Эбенизером и его гостем.
– Не дал бы он дуба с перепугу, – озабоченно шепнул Вальд, остановившись перед самым углом. – Как, по-твоему, привлечь его внимание, чтобы Ники не сбежал?
Сид немного подумал.
– Заметил ли ты, – спросил он, – что веревка по-прежнему у страуса на ноге?
– Хм.
– Плохой из тебя диверсант. Она на ноге.
– И что с того?
– На этом базируется мой план. Вначале мы оба подкрадываемся сзади и располагаемся прямо за стулом старины Эбенизера. Затем негромко заговариваем с ним; наша первая задача – заставить его не оборачиваться и не делать резких движений.
– Тут-то он и окочурится.
– А мы скажем: «Не пугайтесь… ради Бога, не пугайтесь»… притом говорить нужно внятным и тихим голосом. Дальше скажем: «Мы не имеем намерения вредить вам; мы пришли умолять вас об одной милости»…
– Еще чего – умолять о милости!
– Что у тебя, язык отсохнет? Зато эти гиперболы должны воздействовать на его подсознание; может быть, даже удастся его убедить подвинуться к страусу поближе…
– Хм.
– Затем один из нас, то есть ты, молнией выскакивает вперед и хватает веревку.
– Почему я? – спросил Вальд.
– Потому что, – объяснил Сид, – именно ты имеешь огромный опыт общения со страусом.
– Плохой план, – сказал Вальд. – Во-первых, я не смогу молнией; во-вторых, у него очень сильные ноги.
Сид изобразил неудовольствие.
– Тогда придумывай сам.
– Может, позвонить ему по телефону?
– Точно, – хлопнул себя Сид по голове, – как же мы раньше не додумались! Я звоню ему… он идет в дом к телефону… а ты тем временем подкрадываешься из-за стула и бросаешься на веревку…
– Да не хочу я бросаться; мы ему просто можем позвонить и все объяснить… Попросим привязать страуса…
– Мне кажется, это не телефонный разговор.
– Freeze! – внезапно раздалось сзади.
Воздухоплаватели обернулись.
Старина Эбенизер, держа наизготовку «Ремингтон» тридцатого калибра, стоял шагах в десяти от них и весьма недружелюбно смотрел на обоих. Только теперь друзья смогли разглядеть его как следует.
Ростом он оказался не менее шести футов. На нем были сапоги из дубленой кожи аллигатора; в широкие голенища были заправлены штаны из домотканой шерсти, когда-то крашенные соком кизила, но теперь уже потерявшие от детергентов свой цвет. Прямо на тело была надета рубашка из оленьей кожи, а поверх нее – выцветшая зеленая куртка, сшитая из байкового одеяла с вытертым ворсом. Сильно потрепанная порыжевшая войлочная шляпа дополняла его скромный костюм.
Вальд перевел взгляд на ствол снайперского оружия и содрогнулся, увидев лицо смерти. Сид, наоборот, решил, что это какое-то недоразумение; приветливо улыбаясь, он двинулся навстречу старине Эбенизеру.
Старина выстрелил Сиду под ноги. Пуля, словно невидимая кирка, вывернула наизнанку кусок дерна и обсыпала землей обоих воздухоплавателей. Сид остановился и перестал приветливо улыбаться.
– Руки вверх, – сказал старина. – Кто вы такие?
– Мы Сид и Вальд.
– Вы вторглись на частную территорию. Я могу вас убить, и мне ничего за это не будет.
– Ишь ты, какой фон-барон, – разозлился Сид, под впечатлением от только что пережитого. – Да мы пришли за своей собственностью, то есть страусом, которого вы демонстративно кормите на лужайке; между прочим, это тоже можно приравнять к воровству.
– Хотя после вашего выстрела, – добавил осмелевший Вальд, – этот вопрос вряд ли актуален. Думаю, что страус уже убежал. Нечего сказать, удружили вы нам, мистер Стамп.
Старина Эбенизер опустил ружье.
– Обычно люди заходят сюда через калитку, – проворчал он без малейшего раскаяния. – Что до страуса, то я спрятал его в гараже; коли хотите толковать о нем, пройдите-ка через калитку, а там поглядим.
– Зачем? – удивился Вальд.
– Не было случая, чтобы Эбенизер Стамп не выдворил непрошеных гостей со своей территории, – объяснил старик. – А вы именно таковы. Желаете спорить?
– Но ваша вина первая по счету!
– Зато у меня ружье.
Не глядя друг на друга со стыда от того, что им нечего противопоставить последнему аргументу, друзья двинулись обратной дорогой вокруг дома.
– Сволочь какая, а? – сказал Сид, завернув за первый же угол.
– Он просто маразматик, – сказал Вальд. – Вот что я думаю: нужно забрать страуса и вернуться к Сьёкье, попросить, чтобы сделала другой какой-нибудь звоночек.
– Если еще отдаст, – хихикнул Сид.
Друзья миновали гараж, вышли по асфальтовой полосе на тротуар и остановились перед калиткой. Вальд нажал кнопку звонка.
– Кто там? – раздалось из динамика.
– Эбенизер, не валяйте дурака, – сказал Вальд. – Вы своего добились, выдворили нас; теперь извольте-ка вернуть нам нашего страуса.
– Какого страуса?
– Вы хотите, чтобы мы пришли с шерифом?
– С каким шерифом?
– О’кей, – сказал Вальд, – не с шерифом, так с адвокатом; если спросите, с каким, я зачитаю вам половину телефонного справочника.
