– Ну конечно. Лишь бы он позвонил.
– Да.
Через полчаса или час – трудно сказать точно, через сколько, когда каждая минута кажется вечностью – раздался звонок. Две женщины одновременно метнулись к трубке. Госпожа бросила на Марину негодующий взгляд. Марина смутилась и опустила голову. Госпожа протянула руку к трубке, но внезапно отдернула ее, как от горячего утюга.
– Подними ты.
– Я?
– Если это не он, скажешь, что меня нет. Быстро!
– Я как раз и хотела…
– Я поняла… бери же!
Телефон издал второй звонок. Госпожа думает о Веронике, подумала Марина, поднимая трубку. Она не хочет сейчас Вероники, но не хочет подвергать ее лишней опасности, а еще – обижать внезапным своим отстранением или двумя словами никчемного разговора… Она не назвала вслух ее имя, но она думает о ней. Ай да Госпожа… даже в такую минуту не теряет самообладания!
– Алло? – сказала Марина.
Это был Вальд, и она тут же передала трубку Госпоже. Вальд звонил с дороги. Он сказал, что в составе небольшой колонны едет по Успено-Рублевскому шоссе, что в другой машине едет Эскуратов, что он не знает, куда они направляются, и чтобы больше звонков от него не ждали, так как телефон, по идее, должны вот-вот отобрать.
Четыре джипа, разбрызгивая мокрый снег, цугом неслись по второстепенной загородной трассе. В головном джипе, кроме водителя, были двое в кожаных куртках; один из них дремал, а другой, поглядывая за окно, иногда улыбался сам себе и в такие минуты становился похожим на череп. Второй джип был битком набит – то были люди Ильича, включая его самого, сумевшего, видно, выкроить час-другой из своего напряженного графика. Под стать второму джипу был и третий, заполненный людьми Эскуратова, включая его самого. Последний джип, в отличие от двух предшествующих, был почти пуст; в нем сидел единственный пассажир – Вальд Померанский.
По другой трассе и с другой стороны к назначенному пункту встречи приближалась другая колонна, очень похожая. Единственной разницей в составе автомашин было то, что в этой другой колонне один из джипов был отечественного производства. Все четыре машины этой колонны были умеренно полны вооруженными людьми в полувоенной форме; единственным невооруженным и одетым не как все был Филипп *ов.
Обе колонны встретились на пустынном, унылом перекрестке, где от дорожного указателя остался лишь столб, и далее двинулись в одном направлении. Ехали они таким образом не более десяти минут. Показалась туристская или, может быть, охотничья база – здесь путников ожидали два не слишком изысканных, зато больших и обильных стола; была приготовлена и сауна с девочками – но как бы на всякий случай, поскольку надобность в ней зависела от того, как пойдут дела за главным столом.
Восемь машин остановились вдоль длинного дома – со стороны это напоминало, наверно, заезд отдыхающих. Пассажиры выходили из машин по определенной системе и небольшими группами проходили вовнутрь, а некоторые так и оставались на воздухе; все это уже меньше походило на заезд, но вопросов у персонала базы не вызывало.
– Короче, – сказал после не слишком долгих рукопожатий и пяти застольных минут плотный человек с крупными чертами лица и короткой стрижкой, которого все называли и который сам представился странным имечком «Вуй», – чтоб все было ясно. Здесь никакая не разборка, не сходка… просто встреча по просьбе некоторых. Я вижу так: люди поступили неправильно и не понимают. Я – не то, что за ними никого и, значит, надо наказывать. Я – то, что если не понимают, значит, надо объяснить людям, поучить людей. А уж если и тогда не поймут…
И он выразительно развел руками.
– Кто от вас? – спросил он в сторону Вальда.
– Зачем же так официально, – улыбнулся Вальд, – если вы про «ВИП-Системы», нас тут всего двое…
– Хорошо, – мягко произнес Вуй. – Значит, вы, двое, не понимаете, что залезли в чужой огород.
– Нас наняли работать, – уточнил Вальд. – У каждого свой способ зарабатывать на жизнь. Мы вот делаем технические системы. Если говорить об огороде, это все равно что хозяин нанял нас вскопать этот огород, мы начинаем копать, а нам говорят – ребята, вы зачем сюда влезли.
Вуй помолчал.
– А если до вашего к хозяину подрядились другие?
– Мне кажется, – осторожно возразил Вальд, – вообще-то это дело хозяина.
– А если хозяин вам сказал: ребята, уже обещано?
– Но он же нам так не сказал.
– Да ну?
В голосе Вуя послышалась слабая, отнюдь не гипертрофированная издевка; это была реплика или профессионального актера, или профессионального устрашителя. Вуй не производил впечатления актера. Вальд переглянулся с Филиппом, сидящим на одной с ним стороне стола, но отделенного от него несколькими качками. Прозвучавшая реплика нехороша – только и смогли сказать друг другу их настороженные взгляды.
