– Должно быть, вас плохо проинформировали, – сказал Вальд. – Что ж… со всеми бывает… На такой случай, то именно на случай каких-то возможных неувязок и так далее, мы специально озаботились, спросили… Да зачем мне оправдываться – вот он сам сидит, пусть скажет.
Вуй, нимало не смутившись, медленно повернулся в сторону Ильича.
– Дорогой, ты слышишь, что говорят?
– Конечно, слышу, дорогой.
– Спроси у своего человека.
– Борис, дорогой, – спросил Ильич у Эскуратова, – ты слышишь, что говорят?
– Слышу, – отозвался тот, – не глухой…
– Ты предупреждал – или нет?
– Не дети, – развел руками Эскуратов. – Дорогой, ты же сам помог мне организовать встречу. Вот, – показал он на того самого кожаного из «Славянской», сидящего через стол, – пришел человек… разговаривали…
– Погоди-ка, Борис, – не выдержал Вальд, – что значит «разговаривали»? Не ты ли…
– Нет, это
– Говори! – рубанул рукой Ильич, – все свои, рядиться не будем…
– Кто с кем разговаривал, ну-ка скажи! – выстрелил Вуй взглядом в Эскуратова.
– Они, – буркнул Эскуратов.
– Кто с кем?
– Они вот с ним, – показал он опять на кожаного.
– Ага, – удовлетворенно произнес Вуй. – И о чем они разговаривали? Ты помнишь?
– Он их предупредил.
– О чем?
– Не могу знать, – мрачно сказал Эскуратов. – Они говорили о каких-то узлах… о технике, а в этом я профан. Доверительно говорили – он вставал, подходил к ним, наклонялся… В конце концов, почему я должен знать? Не дети! Мое дело было организовать встречу.
Вероятно, чувствуя и даже как бы упреждая естественное желание Филиппа и Вальда взглянуть ему в глаза, он повернулся в их сторону и по очереди посмотрел на каждого. Взгляд его выражал тоску и беспомощность – взгляд человека, потерявшего лицо; глупо уже было его обвинять; было глупо стыдить, презирать, ненавидеть.
– А ты что скажешь? – спросил Вуй у кожаного.
– Что скажу? – переспросил кожаный и посмотрел на Филиппа и Вальда с улыбкой, делающей его похожей на череп. – Что тогда сказал, то и сейчас скажу… Сказал, не лезьте, ребята, где занято… Сказал, будут проблемы…
– Не понимаю, – развел руками Вуй и вновь повернулся к Вальду. – Что может быть неясного?
– Извините, – спросил Вальд, – а можно теперь я задам пару вопросов?
Вуй подумал.
– Не вижу, правда, зачем… но – хорошо, задай…
– Вот этот человек, – обращаясь к Вую, указал рукой Вальд на Эскуратова, – он не производит впечатление ребенка, вам не кажется?
– Говорят, все мужчины немного дети, – медленно сказал Вуй. – Что конкретно ты хочешь спросить?
– Если было то, что они сказали… как же тогда он мог подписать такой опасный для него договор? Вы ж понимаете, это все-таки не огород, не ремонт туалета… Странный поступок для опытного хозяйственника, не правда ли?
– Дорогой, – обратился Вуй к Ильичу.
Ильич нахмурился.
– Ответь, ну! – резко бросил он Эскуратову.
– Недосмотрел, – развел руками тот. – Доверился…
Он махнул рукой и сокрушенно съел что-то.
– Ты видишь! – вскричал Ильич и даже вскочил со своего места от возмущения. – Чья вина? За этого я отвечу, а за них кто? Пусть сами за себя отвечают… Жулики!
– Значит, вы и его обманули, – сокрушенно покачал головой Вуй. – Ай да жуки! Еще имеешь вопрос? – осведомился он у Вальда с явным недовольством. – Даже не знаю… Решили бы уже, договорились… с кем не случается… замирились бы, значит… да и в сауну… а, мужики? – обвел он стол взглядом. – Ты видишь?
Вальд полез во внутренний карман куртки, нащупал там посреди жвачки, потрепанных документов и прочего хлама небольшой твердый предмет в форме параллелепипеда и потащил было этот предмет наружу – но вовремя одумался.
– Извините, господин Вуй, – сказал он чрезвычайно вежливо, – но я располагаю некоторыми данными, которые мог бы предъявить вам только с глазу на глаз. Может быть, это побудило бы вас… э-э… несколько изменить вашу точку зрения.
Вуй изумленно уставился на Вальда.
– Мы таких вещей не делаем, – медленно сказал он и еще раз обвел стол глазами. – Говори… все свои!
– Вот именно потому что свои, – сказал Вальд, – знаете ли… короля играет свита…
Вуй улыбнулся и отрицательно покачал головой.
– Но это всего пять минут, – сказал Вальд просительным тоном. – Что вам стоит? К тому же, – значительно добавил он, – знай я о такой постановке вопроса заранее, я бы все равно… сильно попросил вас о встрече.
– Как быть, дорогой? – спросил Вуй у Ильича.
– Твой дом, – сказал тот с некоторой досадой.
– Нудные вы какие люди, ей-Богу… – поморщился Вуй, глядя на Вальда. Он согласится, внезапно понял Вальд. Ему интересно… и не такие уж у него славные отношения с Ильичом – иначе зачем в свое время понадобился кожаный? Согласится. Хотя бы чтоб попозировать.
– Очень прошу вас, – сказал он чуть ли не подобострастно, подыгрывая Вую.
– Человек сильно просит, – вслух рассудил Вуй, уже не оглядываясь на Ильича. – Не могу отказать, когда вот так… Но смотри, – угрожающе добавил он, – начнешь хитрить, юлить – пожалеешь!
