Через двадцать лет человек будет на Луне, и это изменит баланс сил, отвечает дагон.
И на этих словах до того стройный сон превратился в окрошку, которую и вспомнить трудно.
Или мне просто с определенного момента стерли память.
Если нет особых причин, я просыпаюсь в пять тридцать, неважно, будни или выходной. Привычка с Павловских времен. Не со времен императора Павла, а с тех лет, когда я оказался в Павловске, у дяди Леонарда. Во-первых, это способ продлить жизнь на два года яви, во-вторых, отличное средство от бессонницы.
И в самом деле, этот час – если считать, что условный горожанин просыпается в половину седьмого – позволяли сделать дел и больше, и лучше. И да, никакой бессонницы. Я-то ладно, я всё ещё молодой, но и у дяди Леонарда отбой в двадцать два тридцать, как по расписанию. Во всяком случае год назад, когда я его навещал, он продолжал рано ложиться и рано вставать. Хоть и на пенсии, но читает лекции в частном колледже. Не ради денег, вернее, не только ради денег. Таким путем, говорит он, я изменяю настоящее и влияю на будущее. Да, в малых дозах, но уж кому что дано.
Вот и сегодня я проснулся в пять тридцать. По палатке барабанил дождь, голова побаливала – все, как и ожидалось.
Я подумал о дяде Леонарде и о его привычках – и решил поспать ещё.
И проспал до восьми. Теперь уже без сновидений.
Встал неожиданно бодрым. Дождь перестал, и, когда я вышел, над поместьем проглядывало небо. Окрест, правда, тучи стояли всерьёз и надолго.
Подумал и решил комплекс физических упражнений пропустить. Возможно, сказалась усталость – два обморока за неделю, пожалуй, много. Возможно, организм почувствовал, что они, упражнения, лишние. И без того хорош.
Я только на турнике подтянулся для пробы. И в самом деле хорош.
Завтрак – стакан простокваши. Довольно.
Ни Влада, ни Эвы не встретил. Ну да, под дождь не одного меня тянет на долгий сон.
Но нет. Влад был в палатке Кренкеля. С блокнотом, блюдом с бутербродами и кувшинчиком морковного сока.
– Новости такие. О черноземском губернаторе Кремль не комментирует, Черноземск и подавно, официальный Киев коротенько объявил, что губернатор вместе с семьей попросил украинское гражданство, российские СМИ либо приводят заявление Киева, либо выжидают указаний. Украинские же СМИ резвятся. Губернатор приехал не сам, а с семьей. Тестем и братом. Жена и дети у него давно в Испании. Совокупный капитал губернаторского семейства оценивают разно, от двух до пяти миллиардов долларов, в зависимости от аппетита. Показывают собственность в Испании – большой дом, называемый замком, тут цифры якобы точные – куплен год назад за восемнадцать миллионов евро. Но и в Чернозёмске у семьи жилье не хуже. Главное же, конечно, доли в компаниях, которые доминировали в Чернозёмске. Особенно интересует судьба строящегося нефтеперерабатывающего завода, доля казны должна была составлять пятьдесят один процент акции, но украинцы утверждают, что неделю назад два процента вдруг уступили губернаторскому брату, и сделка проведена по всем правилам бизнеса. В общем, много всякого шума. Наши блогеры пишут, что губернатор – пустяк, уехал и уехал, беды в том нет, а вот денег жалко. Хотя какое отношение имеет состояние губернаторской семьи к блогерам, к населению губернии и к самой России – непонятно, поскольку фирмы зарегистрированы в оффшорах. Что в оффшор упало, то пропало. Второе: о судьбе исчезнувшего во Франции олигарха ничего не известно. Министерство иностранных дел выразило обеспокоенность. Ну, и на третье – к нам пришел циклон, и дождь продлится не менее трех дней.
В это время палатку осветило солнце, но Влад показал карту, на которой аккурат над Кунгуевкой сеял дождик.
– В Кунгуевке и в самом деле дождь, – подтвердил я. – А у нас скоро подсохнет. Можно в лес по грибы, можно просто прокатиться. Эфу в город свозить пусть себе дамского барахлишка купить.
– Эву – поправил Влад.
– Что?
– Эву в город свозить.
– Ну да, Эву. Кстати, что там на полицейской волне?
– Да ничего хорошего. Век бы не слушать. В тревожное время живем. Разгул преступности. Хорошо, что «Паганини» есть.
– Особенности радиоволны. На «Скорую помощь» настроишься – сплошь инфаркты, инсульты и белочка, у пожарных, верно, своё.
– Ну да, ну да.
– Всё, Влад, плохого понемножку. Отдыхай. Три раза в день пробежался по новостям, минут по десять-пятнадцать, – и хватит. Вот если о Кунгуевке, а пуще о нас услышишь, тогда да, тогда режим особого внимания.
– Пока молчат. Я думаю, что большое начальство ждет реакции на бегство губернатора, среднее начальство ждет реакции большого начальства, а мелкое начальство ведет бесконечный бой с текучкой и по сторонам старается не смотреть. Только то, что прямо по лбу постучит. А мы вроде никого не трогаем… Ну, почти.
– Ты как себя чувствуешь?
– Нормально. В смысле хорошо.
– Ну, отдыхай. Ешь, пей, веселись. Книги читай или просто поспи. От компьютера, главное, отдохни.
– И то. Вот сколько я без компа был, а отдохнул. А вчера присел – да, чувствуется утомление.
