– Понимаешь, Сёма, я по очень деликатному вопросу, – негромко сказал Поляков, прихлебывая из чашки мясистыми губами. Толстые, как сосиски с его комбината, пальцы нервно постукивали по столу.
– Слушаю вас. – Семён попивал свой кофе, уже зная, с чем к нему пожаловали.
– Понимаешь, – еще тише, почти шепотом, заговорил Поляков, как будто кто-то мог их услышать, – у меня с Людмилой сегодня не получилось… Ну, это самое. Как у мужчины.
– Ну, бывает такое, Степан Ильич. Что же вы сразу подвох какой-то ищете? А если что-то беспокоит, на то врачи есть. Не очень понимаю, чем я здесь могу вам помочь.
– Да ясно, что бывает. Что ты меня жизни учишь? – пробурчал недовольный Поляков. – И от врачей тех я уже лет десять не вылезаю.
– Тогда подавно не понимаю. – Семён искусно прикидывался.
– А Людмиле от этого ни горячо, ни холодно. И это уже не в первый раз. У меня такое чувство, – Поляков наклонился к самому уху Семёна, – что она где-то на стороне удовольствие получает.
– И вы хотите через меня узнать…
– Есть ли у нее кто-нибудь! – Поляков побагровел от злости, но старался говорить тише.
– Степан Ильич, это несерьезно с вашей стороны. Неужели у вас нет возможностей проследить за женой? Человек вы не бедный, наймите детектива что ли. В городе их, наверное, полно.
– Послушай, Сёма, – все больше злился Поляков. – Я, конечно, понимаю, что ты на меня в обиде за то, что уволил. Но я к тебе не как бывший начальник пришел, а как человек, у которого проблема!
– Да не в обиде я на вас. Вы же все-таки директор, вправе увольнять, кого захотите. – Семёна начинало веселить происходящее. – Только решение вашей проблемы не требует никакого провидения. Просто немного усилий с вашей стороны…
– Так, ладно, я вижу, что толку с тебя – как с козла молока. – Поляков понял, что ответа на волнующий вопрос от Семёна он не добьется. – Но скажи мне хотя бы – я здоров? Ну, и там, и вообще? А то я докторам этим не очень верю, им-то выгодно, чтоб я к ним почаще ходил, больше денег выкачать смогут.
«И ты вспомнил, что у тебя диагност бесплатный есть, которого ты без работы оставил после того, как он всю семью похоронил, – подумал Семён. – Хитро придумал».
– Степан Ильич, можете мне поверить – и там, – Семён сделал нарочитую паузу, – и во всех других местах у вас полный порядок!
И в этом Семён не лукавил. Недуги, даже находящиеся в самом зачатке, он научился распознавать по едва уловимой вибрации, которая шла от больного органа. Что удивительно, Поляков, несмотря на тучность, был совершенно здоров.
– Да? – с недоверием посмотрел на Семёна Поляков. – Ну, хоть это хорошо. Ладно, Сёма, пора мне. Спасибо за кофе.
Другой благодарности ожидать от него и не стоило. Поляков, кряхтя, поднялся со стула, пожал Семёну руку своей взмокшей от волнения пятерней и колобком выкатился на улицу.
– Удовольствие его Людка получает, – ехидничал Семён, заваривая себе еще кофе. – Конечно, получает, вот прямо сейчас с Юрием, водителем, и получает. Не доехав до парикмахерской до своей.
– Нашел, с какой бедой сюда идти, – посмеивался Арсений. – А вообще, заслужил он это все. Жил всю жизнь ради желудка да другого места еще. Ну, поумнее будет, выведет жену на чистую воду. Глядишь, и жизнь свою переосмыслит, к людям получше относиться начнет.
– Думается мне, Поляков не последний у нас сегодня, – проговорил Семён, закуривая сигарету. – Предчувствие у меня какое-то странное, как будто от этого человека что-то зависеть будет в моей жизни. Понять не могу только, хорошо это или плохо.
– Каждый новый человек для тебя сейчас – это урок. Никто не появляется здесь просто так. А советов моих ты уже наслушался на год вперед. Слушай себя.
Ближе к вечеру появился у Семёна гость. Видно, тоже из числа Оксаниных знакомцев – на дорогом авто, при пиджаке и при власти. Не успела затормозить у калитки его машина, как Семён почувствовал неладное. Как будто надвигалось на него что-то мощное, угрожающее, как цунами. А дом Семёна был вроде хижины на берегу океана, по которой вот-вот ударит страшной волной, да так, что и следа не останется.
В дом вошли двое. Два пиджака, как про себя окрестил их Семён.
«Ого, клиент с охраной пожаловал, – подумал он. – Надеюсь, пытать не собираются».
– Стас, – коротко представился один из гостей. Поприветствовать хозяина в его собственном доме для него, видимо, было ненужной формальностью. Достаточно было протянутой для рукопожатия руки.
Когда Семён взглянул на эту руку, его обдало холодом. По ладони посетителя растеклось что-то красное, как будто он только что окунул руку в банку с красной краской или сильно поранился…
Семён несколько раз моргнул, и видение исчезло – рука Стаса снова стала самой обычной, но Семён пожал ее с чувством неприязни и даже какого-то отвращения.
– Проходите, – взглядом указал он «пиджакам» в сторону кухни. – Кофе?
– Нет, спасибо, – хмыкнул Стас, усаживаясь на предложенный табурет. Его молчаливый широкоплечий секьюрити расположился на соседнем.
