На мой взгляд, Шамрон стал гораздо красивее. Я с наслаждением гуляла по родным аллеям, навеивавшим мне теплые воспоминания о тетушке. Мне постоянно казалось, что она где-то рядом. За всю свою жизнь тетушка совершила только одну глупость, а именно — выдала меня замуж, и теперь мне приходилось за это расплачиваться.
Приехав к брату, я встретила в его доме одну особу, которой предстояло сыграть важную роль в моей судьбе; я попытаюсь говорить о ней беспристрастно, хотя это мне будет чрезвычайно трудно. Эта особа причинила мне много зла; я очень ее любила, а она оказалась чудовищно неблагодарной — по крайней мере, таково мое мнение; я стану излагать факты беспристрастно, и читатель рассудит нас сам.
Ясно, что речь идет о мадемуазель де Леспинас. Когда я прибыла в Шамрон, она уже прожила там четыре года в качестве воспитательницы детей моего брата. Мадемуазель де Леспинас чувствовала себя там очень несчастной и в самом деле была несчастной, ибо моя невестка заставляла девушку сполна расплачиваться за ее непрочное и зависимое положение.
Прежде всего я хочу воспроизвести здесь портрет этой барышни, принадлежащий перу председателя Эно (меня могли бы обвинить в пристрастном отношении к ней, если бы я написала этот портрет сама); затем я расскажу историю ее рождения и первых лет жизни, вплоть до того времени, когда она оказалась в доме моего брата, где я встретила ее на свою беду. Вот портрет, который набросал председатель Эно в одном из адресованных мне писем, где он обращался к этой особе:
