Любезный немец спросил меня в конце разговора, какой я национальности, и, услышав, что я русский, обнял меня за плечи, помог перейти дорогу, так как почувствовал, наверное, мое убитое состояние, подождал в своей машине, когда я немного приду в себя, заведу свой автомобиль и поеду. Пару километров немец ехал сзади, а потом резко обогнал, просигналил и был таков. Я продолжал оставаться в шоковом состоянии не только от аварии, но и от «разборки», которая была после аварии. Мы тогда не были знакомы с обязательной автостраховкой, которая оплачивала ущерб от аварий, и поэтому у нас в СССР стояла ужасная ругань при авариях. Более того, на столкновениях машин кто-то даже делал бизнес. Часто какая-нибудь иномарка, в которой сидела группа атлетических парней устрашающего вида, вдруг на дороге резко тормозила и подставляла под удар свой бампер автомобилю, едущему сзади. Потом, естественно, был наезд этих качков на бедного водителя прямо на улице. И если даже приезжал инспектор ГАИ, то виновным оказывался тот, который ударил сзади, потому что не соблюдал дистанцию. Естественно, у бедного водилы требовали денег больше, чем стоит ремонт, забирали права, узнавали адрес, ехали к нему домой за деньгами, сидели потом на шее и высасывали большие финансы на покрытие материального и морального ущерба.
Это был целый бизнес в те времена, часто с привлечением коррумпированных служителей закона. Один знакомый парень-омоновец рассказывал, что в Питере въехал в иномарку, которая резко затормозила. Парень был духом не слабак, служил в милиции и не испугался четверых кавказцев, которые вышли из иномарки и начали наезжать на него. В то время, особенно в Питере, много было бандитских группировок из Тамбова, Орла, Казани, но автоподставами, как мне сказали, больше всего занимались кавказцы. Во время той перебранки остановилась еще одна иномарка, из которой вышел кавказец в милицейской форме, в звании майора, как оказалось, однополчанин нашего парня. Майор отвел в сторону омоновца, спокойно ему сказал, что все равно он будет неправ, и предложил свою помощь. Майор имел при себе 400 баксов и посоветовал рядовому омоновцу взять у него эти 400 долларов, отдать пострадавшим, чтобы решить вопрос на месте и не показывать документы, не давать адреса местожительства для будущих разборок, а долг потом омоновец вернет ему на работе тогда, когда сможет.
«Не горит. Если в данный момент нет денег, потом отдашь», – сказал майор.
Парень согласился и потом несколько лет был благодарен этому майору за оказанную поддержку и помощь. Долг в 400 баксов через полгода отдал. А лет через пять узнал новость, что этот майор был организатором банды по автоподставам.
Так что в то время авария была настоящей бедой. Это сейчас можно себя повести так, как тогда повел со мной немец, и спокойно оформить документы, чтобы потом получить возмещение у страховой компании.
Пока я гнал машину из Германии в Питер, случился еще один инцидент с участием бандитов. Я знал, что они начинают ловить перегонщиков на территории Польши, поэтому на границе Германии и Польши переночевал, заправил бензином полный бак и две канистры и решил проскочить всю Польшу за один день. Когда въехал в Варшаву, то свернул в небольшой проулок, перекусил бутербродами, залил бензин в бак из канистр и поехал дальше. Таким образом, я не останавливался на бензозаправках, где мог стать легкой добычей бандитов. Кроме этого, всю дорогу двери моей машины, включая двери водителя, были закрыты изнутри для того, чтобы во время остановок никто не смог бы влезть в машину. А на трассе я решил никому, кроме полицейских, не останавливаться, даже если будет стрельба. Денег все равно для оплаты мзды не было, да и убийства тогда на трассах были нередки.
Без инцидентов я проехал почти всю Польшу. Однако в одном из городков восточной части страны у меня случилась конфликтная ситуация. В Польше в отличие от Германии не было скоростных автомагистралей, объезжающих города, и центральная трасса в Россию шла через населенные пункты узкой двухсторонней полосой. На такой дороге было много светофоров. На одном из перекрестков я остановился на красном светофоре и заметил в зеркало заднего вида, как сзади пристроился черный ВМW. В ту же секунду двери иномарки открылись, и из нее вышло три парня. Я сразу в уме проиграл все варианты развития ситуации, вспомнил, что двери у меня должны быть все закрыты, включил первую передачу, выжал сцепление, вывернул руль, чтобы обогнать при начале движения впереди стоящую машину, и стал ждать желтого сигнала светофора. Двое парней с правой стороны дернули двери моей машины, но они были закрыты, но третий качок с левой стороны открыл мою дверь.
«Вот же я олух! Как же так! Забыл закрыть изнутри свою водительскую дверь после того, как полчаса назад остановился на секунду вытереть грязь с боковых стекол», – с горечью подумал я.
В тот же момент парень, открывший мою дверь, дернул грубо меня за рукав и сказал на русском языке, но с хохляцким, польским или южнорусским акцентом: «Вылезай».
